Поэтому кошка осталась. И преданно охраняла своего господина до поздней ночи, наплевав на полное истощение и несколько собственных ран, и раз за разом отбивая поползновения ставших очень осторожными демонов в сторону Юто… Всего этого ему, разумеется, поутру не рассказали, лишь Савако сказала своему внуку, что он упал с обрыва, а Химари его нашла и выпустила всю свою демоническую энергию, чтобы позвать магов Амакава на помощь, и поэтому она сейчас нуждается в лечении… глупейшая отмазка, на самом деле, но для Юто она была понятна. А ещё он получил за своё поведение серьёзный нагоняй от той же Савако. На всякий случай, для профилактики. Вылеченное специальными амулетами за ночь тело мальчика уже было достаточно здорово для этого.
Извлечение информации из разблокированной памяти физического тела прервано из-за внешнего воздействия.
— Юто-кун? Ты не уснул случаем? — Участливо интересуется зашедший в своеобразный передвижной домик на колёсах Айджи Тсучимикадо.
Так, нужно вернуться мыслями от событий, произошедших в детстве этого тела и сконцентрироваться на настоящем.
— Разве что совсем чуть-чуть, Айджи-семпай. Или меня следует называть тебя Айджи-доно?
Айджи подумал над чем-то своим, рассматривая меня при свете нормального освещения, и сделав жест, будто ему это было безразлично, сказал:
— Называй, как тебе будет удобнее… — Тут Айджи притворно вздохнул и продолжил. — Честно говоря, с нашего последнего с тобой разговора я так и не выработал у себя любовь ко всем этим церемониям.
Ну да, ну да, так я тебе и поверил. Скорее, хочешь грамотно наладить связь, используя моё «деревенское» воспитание… Кстати весьма и весьма интересный факт: воспоминания первого Юто, проходя через призму моего личного опыта, приобретают совершенно иной оттенок и направление увиденных и даже предполагаемых событий. Подмечаются детали, которые в памяти Юто зафиксировались, но не были анализированы и осознаны. Дополняясь при этом моими собственными выводами из произошедшего. Та же сцена с Айджи, Химари и Савако, которой по памяти вообще не должно было быть — никто не говорил Юто о том, что случилось после его дерзкого побега из комнаты для гостей. Я просто воссоздал события (готов спорить, довольно точно), благодаря основе и относительному знанию внешних психологических реакций действующих лиц, из которых, разумеется, Химари была знакомой мне лучше всего.
— В отца пошёл, значит. Хех. Значит, с твоего позволения, я буду обращаться к тебе по-старому, Айджи-семпай.
— Хорошо, Юто-кун. Ты лучше скажи… ты точно уверен, что тебе не нужна помощь с твоими… ранами?
Чтоб я позволил копаться в своём теле одному из твоих целителей? Ну, уж нетушки. Демонстративно осматриваю, где разорванную, а где и разрезанную и пропитанную моей кровью рубашку с жилеткой.
— Ах, это? Ерунда. Повреждения гораздо более поверхностные, чем кажутся.
— …Как знаешь.
По его виду можно было догадаться, что Айджи не поверил мне ни на йоту, но видя моё бодрое состояние, решил всё же не лезть, куда не просят. Странный всё же у местных менталитет. Уважают друг друга до ужаса, особенно когда дело касается чужих слабостей и проблем. А что бы было, если бы я просто бредил и сам не понимал своего состояния? Так бы и оставили меня истекать кровью после расспроса, который так пока и не удосужились провести?
Впрочем, я зря наговариваю на Тсучимикадо. Не факт, что за моими жизненными показателями сейчас не следит один из артефактов, которыми была заполнена машина-дом. Сесть в этого механического монстра мне всё же пришлось, несмотря на все мои намёки на то, что можно бы и в бывшем доме Райдзю комфортно расположиться, и поговорить. Вдвойне неприятно: и механическое средство, и незнакомые артефакты… хоть бери и активируй защиту в ожидании удара непонятно откуда. Даже воспоминания пришлось «смотреть» лишь одним глазом, находясь в полной боевой готовности.