Гинко опередила меня.
— Химари, контролируй себя. Твои эмоции — одна из причин, почему ты не можешь использовать свою демоническую энергию полностью, без угрозы впадения в бешенство.
Слова волчицы, как ни странно, немного привели кошку в чувство. Странно, я думал, они не ладят? Впрочем, это было до моей просьбы Химари, а сама Гинко показала себя довольно уживчивой, сначала переборов свою тягу к лесу, а затем даже подружившись с моей Семьёй, и особенно с Хару.
— Ох… чёртовы оникири. Уже и магию придумали, чтобы могли мучать элементальных духов… хоть бери и верь в древние пророчества. — Пробурчала себе под нос Наруками.
— Мне добавить? — «Елейным» голосом спрашиваю я.
— Не надо, начальник. Я буду хорошей девочкой, только не бей… — Непритворно шарахнулась от моих слов Наруками.
— Вот и отлично. Химари, я, кажется, приказал тебе контролировать дверь.
— Ах… хай, най господин!
Ох-хо-хо…
— Химари, автомат-то подбери с пола, горе ты моё.
— П-простите, най господин!
От её почти что светящегося красным в темноте лица можно прикуривать. На моё собственное лицо невольно наплывает улыбка. Ладно, приступим.
— Та-а-ак. Что это тут у нас?
Подбираю с пола позади Райдзю мобильный телефон. Пыталась со своими связаться?
— Чёртов подвал… Нет связи. Я проверила уже…
Ещё один удар, на этот раз рукой, апперкот под шаблоном муравья. Стенка, в которую я впечатал тело молниевого духа, будто бы жалобно ответила глухим басовитым стуком, а на голову посыпались частички окраски потолка.
— Гах! Хах… ч-что… что в этот раз… я не так сделала? Разве ты на моём месте поступил бы не так же? — Райдзю, сжимая руками искрящийся живот.
— Я не на твоём месте, вассал. И я очень не люблю, когда нарушают данное мне слово.
— Я обещала… хах… верность и вечную службу, а не постоянно быть рядом. — Скривившись, говорит Наруками.
— Значит так, дорогуша.
Сдавливаю её телефон в кулак. Всё ещё активированный шаблон усиления муравей/ближний круг позволяет мне сжать этот непрочный образец тонкой электронной техники в гармошку, сразу же осыпавшуюся осколками стекла.
— У тебя сейчас есть выбор из двух вариантов. Догадаешься?
— Хм… быть отпущенной на волю или быть попользованной и потом отпущенной? — Смело предположила Райдзю, после чего зажмурилась в ожидании нового удара.
Пускай подождёт. Ожидание и страх иногда бывают болезненнее самого воздействия. Пять секунд. Десять… открыла глаза и удивлённо смотрит на моё строгое лицо. Жду.
— Что? Не томи уже, начальник… — Опасливо, явно начиная паниковать, говорит молниевый дух.
— …Два варианта. Первый — на возможное перерождение.
Ох, как её перекосило. Жить хотим, значит. Ну-ну. Судя по её лицу, ей есть, что мне сказать в ответ на этот вариант. Однако терапия болью явно пошла ей на пользу — сдержала себя и лишь опустила взгляд, чтобы я не видел горящих ненавистью глаз. Мда. Знать, что я умею читать эмоции и без этого, особенно такие полярные, как её злость, ей незачем.
— Второй — получить магоформу полного подчинения и постоянную ментальную привязку на крови… ну как, на крови, это она так называется. Изначально она проектировалась для людей, но я знаю, как её приспособить для любой сущности, в том числе у кого крови как таковой нет, как у тебя. Из рисков только один — стать овощем. Но Агеха, вот, справилась, и даже немного пришла в себя.
Агеха… действительно немного пришла в себя, судя по её эмоциям. Занятная смесь восхищения, зависти моим талантам, ещё какое-то непонятное желание… то ли сексуального, то ли близкого к нему характера. Хм. Учитывая, как она завелась, заглатывая мою кровь прямо во время боя… хм.
— Я жду ответа.
Наруками смотрит на меня затравленным зверем. Чувствуется внутренняя борьба. Что поделать. Пока ты доказала лишь то, что тебе невозможно верить. Твоя магия и приёмы в бою довольно прямолинейны и честны, даже использование стационарной защиты базы подходит под описание боя один на один без правил… Но твоё слово о верности и после этого попытки сбежать и подать сигнал о помощи меня разочаровали. Я бы действовал наоборот: всё, что можно использовать в бою — нужно использовать в бою, а уж вне боя, если дал слово, то придётся выкручиваться.