— Обычно одного раза хватает, знаешь ли… вжик — и голова с плеч, пока жертва ничего не поняла. Это ты такой уникум, что смог защититься от меня даже в той комнате. — Нару, слегка скривившись на моё объяснение и показывая жестом, где этот самый «вжик» обычно проходит на теле у её противника.
Плохо.
— Хватит пререкаться, вассал. Я могу сделать тебя сильнее, но только если ты сама этого захочешь. Дальше… Агеха. Да слезь ты уже с каменного копья. Тебе что, нравится, когда тебя пронзают?.. Хотя… нет, не отвечай. Думаю, ответ мне не понравится.
Агеха расформировалась и собралась из воздуха прямо рядом со мной. Точнее — прямо лёжа на мне. Если уж совсем вдаваться в технические подробности, то она легла своей грудью мне на… хм… место пониже живота и обернула руки вокруг моего пояса, продев их между мной и землёй. И смотрит мне в лицо таким пожирающим, слегка затуманенным страстным аппетитом взглядом.
— Да… ДА! Пронзи меня снова… своим раскалённым «каменным копьём»… и не один раз, хех-хех…
Кто бы сомневался, что она воспользуется моей очень двояко прозвучавшей оговоркой. Но чтобы вот ТАК… воздушный дух, похоже, слетает с катушек. Возбуждает насилие? Нет, помнится первый и последний раз, когда я бился против неё, никакого возбуждения или даже особого азарта не было. Вздыхаю.
— Сидзука, будь так добра…
Не успеваю договорить, как вижу всё ещё активированным магозрением странное: из щеки Агехи куда-то в сторону вылетел небольшой пучок молниевой энергии… не понял? Прижать к себе голову воздушного духа.
В то же мгновение голова Агехи на миллиметр разминывается с ногой Нару, вскидывая в воздух часть шевелюры воздушного духа. Что-что? А как же запрет на действия против… ах да, Агеха же не в Семье. Логично. Вот только какого чёрта? Впечатываю големом в пол и не думавшую убегать Нару при помощи тяжести земли. Та того даже не замечает и продолжает гневно смотреть на Агеху, которая не обратила на промах нехилого такого удара по своей голове ровным счётом никакого внимания. Вместо этого воздушный дух подалась вперёд и уткнулась мне в шею.
— Ах ты… кровососущий паразит. Он даже МНОЙ побрезговал, а ты… прямо после боя… — Нару.
Так. У меня на руках два слетающих с катушек элементальных духа? Просто замечательно. Ай, donnerwetter! Сидзука, меня-то зачем? Холодно же, осенью на открытом воздухе обливаться водой!
— Прости мою медленную реакцию, глава… нано. И… э-э-э? — Сидзука.
Что не так? Проморгаться. Агеха всё ещё лежит на мне, крепко вцепившись в моё тело — наверное, именно это немного удивило духа воды. Ммм… что-то шея немного занемела.
Внимание. Резкое падение давления крови ниже рекомендуемого вне боя.
И одновременно с этим — резкое повышение магического фона воздушно-элементальной энергии. Тааак…
Шаблон муравей ближний круг. Даже так, для того чтобы оторвать от моей шеи Агеху, обвившую меня руками, потребовалось чуть больше усилий, чем я ожидал. Ну вот, как я и думал: Приоткрытые окровавленные ярко-алые губки этой странной воздушной суккубы на секунду смыкаются — Агеха большим шумным глотком проглатывает кровь. При этом тоненькие клычки прижимают нижнюю губу, заставляя её лицо выглядеть до ужаса комично.
Останавливаю кровотечение
А глаза полностью и бесповоротно заполнены какой-то животной страстью, на которую из всех девушек Амакава способна лишь Химари и Сидзука, да и то, последняя — только в самый «ответственный» момент, уже частично распадаясь в моих объятьях элементом своей стихии. В моих вытянутых перед собой руках сейчас находится не разумное существо, на которое распространяется действие моей магоформы полного подчинения, а движимое базовыми инстинктами, клыкастое, стонущее от наслаждения непонятно-что, фонтанирующее в окружающую среду воздушной магической энергией, практически идентичного с моим типа.
— Ааааахх… Ю… тооо….
Агеха закрыла своё лицо трясущимися руками, затем начала опускать свои ладони ниже, лаская своё тело: несколько пальцев проходят поперёк губ, размазывая мою кровь по её лицу, затем щекам, шее, ключицам… Резким движением молодая женщина с затуманенным разумом разрывает на себе топ, освобождая грудь, и тут же снова тянется ко мне. Одежда, будучи частью её тела, конечно же, не разрывается, а просто расходится в стороны, включая нижнее бельё, открывая мне шикарный вид. Я тем временем тону в её невольно передаваемых мне через Чи ощущениях блаженствующего экстаза.
Но вытянутые руки я, разумеется, не опускаю. Воздушный дух с полноценными замашками натуральной суккубы бесконтрольно барахтается у меня на руках, пытаясь притянуться ко мне поближе, словно не понимая… хотя, почему «словно»? Совершенно не отдавая себе разумный отчёт в том, что происходит. И ещё через секунду этого забавного в своей дикости зрелища, Агеху буквально срывает тугим потоком воды в сторону. Сидзука, кто же ещё.