— Ну сколько можно?.. Мне уже завидно становится… — Не унимается Хару.
Что-то подсказывает мне, что её фантазия разошлась не на шутку. Молодые парень и девушка, которые изредка по ночам уже очень даже не в города словами играют, резко сворачивают с улицы в аллею и уединяются за старым деревом… ну, конечно же, для того, чтобы повесить ленточки-танзаку, а не для чего-то другого, да-да!
Для справедливости можно лишь сказать, что то, о чём Хару наверняка подумала, приходило и мне в голову, несмотря на совершенно неподходящее место и ситуацию. Вздыхаю. Придётся всё же присоединиться к остальным в намеченном месте, прихватив с собой ждущую лишь нас двоих Хару.
…
Если бы я увидел перед собой сестрёнку или кого-нибудь из моей старой Семьи, я бы обязательно поделился бы с ними своими впечатлениями об этом прожитом вечере. Я бы спросил у них: вы когда-нибудь наблюдали за тем, как водный дух, абсолютно без каких либо ухищрений пытается поймать красивых мелких рыбок из воды тонким бумажным «сачком»? Зрелище просто уморительнейшее. Я специально запретил ей пользоваться своими способностями и выученной магией, чтобы не разорить аттракционщиков, предлагающих выловить пару домашних аквариумных рыбёшек за определённую плату, разумеется. Сачки рвутся, а рыбки, уже привычные к таким наглым попыткам собственной поимки ни в какую не даются, окупая себя выручкой вдвое и больше собственной стоимости, прежде чем очередной удачливый местный таки сможет их выловить.
А ты, Гюнтер… видел ли ты когда-нибудь, чтобы абсолютно безэмоциональная дух конверта (не посмертная!) искренне улыбалась бы, давая воинское приветствие непривычным мне образом — прикладывая руку к голове в согнутом в сторону локте, другому духу, а именно чайной чашки, и рапортовала о выполненном задании, состоявшем в сбитии с маломощного детского ружьишка нескольких мишеней подряд ради приза — большого плюшевого мишки? Вот что опыт с настоящим оружием в составе около-террористической организации делает…
Эх… видели бы вы оба, как в одной из подворотен, куда я с двумя обычными… ну, пусть будет почти обычными, девушками, свернул уже не помню зачем, наткнулись на самых настоящих подростков-отщепенцев, попытавшихся оттеснить дружной компанией меня от барышень. Мда, беспорядки в якудзе сразу же отразились негативным образом на наверняка возросшие, пусть и ненамного, ситуации подобного рода по городу. Некому шпану гонять, хех. Бедняг пришлось спасать от разъярённой тем, что они прервали мой с ней обмен комплиментами, Ринко. В прямом смысле спасать: у одного оказалась переломана грудная клетка… Мало у подруги практики по контролю своего улучшенного тела, мало. Надо чаще с ней заниматься. Не только… вернее не столько тем, чем мы с ней занимаемся по ночам, а тренировкой.
А ещё были псевдо-борцы единоборства, называемого местными «сумо», в смешных толстых костюмах, и любой мог принять участие… моя новая Семья, меня, разумеется, уговорила. А потом мы все вместе любовались на парад праздничных «паланкинов» — старомодного транспорта на человеческой тягловой силе, удивительной резной работы по дереву, между прочим… а затем…
— Юто… ты плачешь? — Хару.
Обеспокоенное выражение лица такой прелестницы… тоже осеннюю юкату одела. Ей, в отличие от Ринко, эта традиционная одежда даже придаёт некой солидности. И откуда только взяла? Заранее готовилась, не иначе. Среди нас только Лиз и я были в одежде западного кроя: Сидзука просто сформировала на себе, Айя вообще с некоторой натяжкой, можно сказать, носила кимоно схожее с юкатой всё время, даже младшая Шимомуро была в неё одета. Правда, в немного современную её короткую версию, оставляющую глубокое декольте, прикрытое у Ю миленьким шарфиком — холодно же.
— Это от счастья, зайка. Как раз думал, что моя старая Семья была бы рада видеть вас рядом со мной… слишком уж я много времени уделял работе в прошлой жизни, чтобы на глупости, вроде подобного праздника отвлекаться.
Хару понятливо обняла меня, не говоря ни слова. Лиз, подслушавшая разговор, приподнялась на цыпочки и наклонила мою голову, прижав её к своей груди обеими своими руками.
— Вы больше не одиноки, хозяин. Мы все вас любим от всей глубины души. — Лизлет Эл Челси.
Ох, девушки… ну же, прекратите, на нас смотрят с завистью… хотя пусть им. Крепко обнимаю свою новую Семью в ответ.