Маг кивнул. Искренность и правдивость. Тааак.
— То есть… про Чи вы тоже ничего не знаете?
Повторный, неуверенный кивок. Ксо. А я так надеялся узнать, почему ни у кого ничего в этом плане не выходит, кроме как у Кагамимори, да и то, очень странным образом… ну ладно, что там у нас дальше? Следующая страница…
Мать моя — женщина, отец мой — мужчина. Агеха… и Куэс Джингуджи… ЧТО?! И главное… ГДЕ?! Аккуратно, но больно пнуть мага синоби. Ещё пригодится.
— С этого надо было начинать рассказ моей аякаши, дурья твоя синобья башка! Лиз, последи за ним ещё пока. А трупы… пусть уберёт Айя. Они уже достаточно «неживые», чтобы она могла их взять в своё трансгрессивное пространство.
Последнюю фразу я сказал, уже выходя и быстрым шагом направляясь в свою комнату. Ксо, надо ускорить процесс. Прыжок-телепорт. Взять мобильный телефон. Набор номера… Трубку подняли. И молчат.
— Иори? Я знаю, где их… основное обиталище.
— Принято. Выезжать к вам? — Иори Танигути.
Анализ… Успешно.
— Погоди с этим… Хотя нет, мне действительно нужен транспорт. Водный, быстрый транспорт через часа полтора-два. Но основное… блюдо… будет подано сегодняшним вечером, примерно. Сначала мне надо будет выяснить предпочтения… гурманов, а затем подготовиться. Сможешь подсобить?
— Перезвоню через десять минут. — Лаконично пообещал Иори, отключаясь.
Хех… Агеха… Куэс… нет, не поверю, пока не увижу собственными глазами. А увижу я скоро. Ну что ж… надо подготовиться к… подготовке.
…
— Я вижу берег отдаленный,
Земли полуденной волшебные края;
С волненьем и тоской туда стремлюся я,
Воспоминаньем упоённый…
И чувствую: в очах родились слезы вновь;
Душа кипит и замирает;
Мечта знакомая вокруг меня летает;
Я вспомнил прежних месяцев безумную любовь,
И всё, чем я страдал, и всё, что сердцу мило,
Желаний и надежд томительный обман…
Шуми, шуми, послушное «ветрило»,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
Лети, корабль, неси меня к пределам дальним
По грозной прихоти обманчивых морей,
Но только не к брегам печальным
Туманной родины моей,
Страны, где пламенем страстей
Впервые чувства разгорались,
Где музы нежные мне тайно улыбались…
— Гхм… приплыли. Ближе, я думаю, не стоит, Юто. У них могут быть смотрители. — Решил прервать моё словоизлияние Даичи Шимомуро.
Почему Даичи? У клана Амакава лодки, чью временную пропажу могли бы не заметить, не оказалось.
— Интересная, но очень… непривычная поэзия. — Танигути.
…По крайней мере, присутствующий тут же, и сказавший последнюю фразу, Иори, занятый необычным для такой ситуации делом — вырезанием из деревяшки какой-то фигурки от нечего делать, сначала по телефону, а потом и когда приехал ко мне в дом, лишь развел руками и предложил поехать в ближайший рыбацкий городок на побережье и арендовать лодку с техническим движителем там, благо он знает, где можно искать. Ну, что поделать, раз уж конкретно с морем интересы Амакава почти не пересекаются, а когда такое случается, наши ближайшие американские партнёры вполне готовы подсобить. Правда, для этого их приходится ждать с месяц — расположены они не в Японии или на ближайших островах, а чёрт-те где… интересную он мне деталь рассказал, на самом деле. Те самые ЧВК «Vinnel Corp.» готовы по нашей просьбе пуститься несколькими кораблями с вооружением почти через весь океан… хотя, что я знаю о кораблях местных? Быть может, такое им не только, разумеется, под силу, а ещё и вовсе не настолько накладно, насколько можно представить?
А поэзия, раньше дававшаяся мне со скрипом, сейчас почему-то внезапно полезла в голову широким потоком. Море, солнце, слегка волнующиеся волны и ветерок — самое то для соответствующего настроения. И вдохновляющие на подвиги, нежные музы дома действительно ждут. А любовь… ну, пусть будет привязанность, но в стихотворной форме лучше подошло именно это слово, пусть даже названного чувства в ответ по отношению к Куэс, несмотря на её искренность понятных побуждений, я так и не смог испытать в полной мере.
— Ючи, что с… движком?
Говорю негромко, но слышно. Наша посудина по классификации местных называется громоздким словосочетанием «катамаран со стационарным моторным двигателем», как пояснил Даичи. Но своеобразный низкий трюм, соединённый с техническим отсеком для этого самого технического движителя, несмотря на малость катера, всё же был, точнее есть. И из него сейчас как раз высунулась наполовину седая (результат свидетельства работы Лиз с синоби) голова бывшего вакагасиры, после чего она, в смысле эта голова, развернулась ко мне и, почесав свой затылок, сказала мне: