А вот Куэс, как ни странно, получается. Вот только после всего произошедшего… мда. В общем, я ещё подумаю над этим. Свет, в смысле «мир», а не Свет изменяющий… клином на круге оникири не сошёлся. Может какая женщина-маг из влиятельного рода оникири из четвёртого отдела? Это бы немного пригасило мои с ними трения. Или вот Киёко Хомуро, наследница старого рода, с прекрасными данными. Не ради отсутствующего у теперешней Хирано приданого имущества же я собираюсь в отдалённом будущем пойти на этот ответственный шаг? Ради возможных связей и влияния. Развитие возможных личных чувств в результате длительной взаимосвязи могут пойти бонусом… а могут и не пойти, но это, к сожалению, или к счастью, второстепенно.
Пауза затянулась. Я уже задумывался над этим вопросом… и задумывался не раз, хоть это и было до того, как я попал на собрание кланов, так что, в общем-то, смысл снова задуматься на эту тему был, но… стоит ли это делать вот прямо сейчас?
— …Называй вещи своими именами, Химари. Это называется ревность… и она естественна. Мне тоже не нравилось, когда вокруг тебя в школе вились толпы всех этих мелких сопляков, не знающих о жизни ничего. Но всё же, это такие мелочи, что…
Что это я разоткровенничался? А Химари тем временем прильнула поближе к моему лицу, полностью ложась на меня своей грудью, и с жаром ответила:
— Господин Юто, я есмь тольки ваша и ничья более! Прошу, распорядитеся мною аки возжелаете…
Как… слишком уж двусмысленно звучит. А в контексте её действий, даже наоборот, слишком уж однобоко-очевидно: домашнее кимоно от её резкого движения вперёд из-за трения с моим телом сошло с её плеч и ниже, скрывая скомканными складками ткани её грудь лишь у самого низа, одновременно открывая мне замечательное, пусть и ставшее немного привычным зрелище, но и оставляя совсем чуть-чуть работы моему воображению, тут же услужливо дорисовавшему невидимые из такого ракурса части бюста моей порывисто-ласковой некохиме.
И судя по её эмоциям, определяемым как с помощью Чи, так и по слегка заалевшему в ожидании лицу, она это прекрасно понимает… ну вот, ещё и слегка подвигала плечиками в разные стороны, одновременно продвигаясь вперёд, ближе к моему лицу, из-за чего грудь полностью освободилась из томительного плена кимоно. Всё с тобой понятно, неко. Даже если не обращать внимания на демонические, покрытые мелкой шёрсткой ушки, которые появляются у тебя в моменты преобладания эмоций, особенно нетерпения, всё равно твоё предвкушающее настроение и так можно прочесть, как в открытой книге.
— Най господин… прошло немалое времени с тех пор, как вы грозилися выгнати одну глупу да неразумну бакэнеко из своеи семьи. С тех пор аз стараюся изо всех сил стати магом да помогати Ю, ставши её ногами и глазами: когдаль водна змея стережёт наших людей, я брожу по энтому городу, проверяя всяки места по наводке Шимомуро, да вожуся с техникой, аки меня наставит наша… техноманка. Я изменилася вся. Но чтобт вы разумели, моя, наверняка не тайна для вас любовь к вам не измени…
Прерываю её наиболее нежным поцелуем, на который я способен, осторожным движением прижимая к себе её затылок. Глаза закрыты, но по движению воздуха возле своего лица, чувствуется, как довольно «прянули» большие кошачьи уши. Этот разговор бессмыслен, и мы с ней это понимаем. Вернее как, смысл в нём, разумеется, есть, просто Химари лишь констатирует в конце факт, слишком хорошо мне известный.
Я тоже люблю тебя, Химари. И голема я закончил дорабатывать как раз секунду назад, ускорившись до предела, понимая, чем закончатся телодвижения моей бакэнеко. Прервать на секунду контакт, который кошка, разумеется, поддержала только что с горячим энтузиазмом.
— У нас есть… пятнадцать минут. Потом нужно позавтракать, проследить за девушками и проводить вас в школу…
Договорить мне Химари не дала, запечатывая мне рот весьма приятным способом: плотно прижав моё лицо к своей груди, сжатой вместе её второй рукой. Тоже верно. Не будем терять времени. Некохимэ коротко всхлипнула, очевидно, от неожиданности — мои руки уже начали шалить с её телом, чуть ниже…