Я… вижу себя со стороны? И не только себя. Но в этом нет ничего удивительного. Сейчас я не хочу, а значит, и не могу ничему удивляться. Мои глаза закрыты, руки движутся в хаотичном на первый взгляд движении, а сверкающая проблесками Света аура тянется к скрипке в моих руках, творя что-то невероятное. Но не менее невероятное для меня сейчас и всё остальное: застывшие в ожидании чуда, боящиеся пошевелиться, такие знакомые и такие почему-то далёкие от меня существа энергетического происхождения… Открытые рты, сжимаемые руки… Айя сидит и, смотря в сторону от меня с выражением полного безразличия на лице, пускает глазами слезу рождённого в ней чувства, которое не способен испытать обычный дух предмета. Она сейчас жила, как и скрипка в моих руках, что лишь благодаря совместной игре с фортепиано, оживляемого в свою очередь Киёко, продолжает рождать прерывистую, и на первый взгляд негармоничную мелодию, бывшую для нас двоих в этом мире и прямо сейчас буквально всем.
Конец мира. В смысле, конец мелодии, а с ней — и очередного видения, дарованного мне Светом изменяющим. Видение о самом себе… что может быть бесполезнее, и вместе с тем, лучше?…Вот уже почти минута молчания. Слов ни у кого, включая нас с Киёко, не было, хотя подумать на самом деле можно было над очень многим…
— Юто… эта мелодия… как… как так у нас с тобой получилось? Мой предок… он же не дописал её. Столетие те из нашего рода, кто отчасти посвятил жизнь музыке, пытались закончить четвёртую в Це сонату Пауля Хиндемитта, но их неизменно ожидала непреодолимая стена.
Анализ… Недостаточно данных.
Пауль… Хиндемит, значит. А у нас он был Паулем фон Финстерхоффом, легендарным основателем той линии крови рода, которая принесла в наш род силу, призываемую кровью.
Не бывает таких совпадений, нота в ноту. И это лишь ещё одна странность, заставляющая меня задуматься.
— Твой предок… Пауль Хиндемит, случаем, не был предсказателем или оракулом, Киёко?
— Не был, десу. — Ответила за свою пра-пра-пра-…внучку, беззвучно подошедшая Флемма, словно вспоминая о чём-то, после чего встрепенулась, и с «безуминкой» в глазах спросила. — И кстати, что думаешь делать по поводу незваных гостей?.. десу.
Внимание. Обнаружено активное сканирующее заклинание.
Среднее поисковое… чёрт.
…
— Напомни мне, пожалуйста, Юто… гхм… — Киёко Хомуро.
Прекрасно понимаю, что она хочет спросить. С равной вероятностью сразу несколько мыслей: «Как мы докатились до такой ситуации?», «это тоже было в твоих планах?», «что теперь будем делать?»… и она была права. Разумеется, я понимал, что рано или поздно придётся… и не раз придётся попадать в такую ситуацию, кстати, довольно привычную ей, носящей для конспирации фамилию Хирано: я с ней ведь так и познакомился, приняв её саму за демона. И вполне понятна паранойя тогдашней парочки магов, чьи имена я уже даже не припомню сходу, которые сначала всю мою Семью чуть ли не за парад диких аякаши приняли, а затем не хотели отпускать Киёко без прохождения всех ихних многочисленных процедур, необходимых при допросе. Всё же зрелище большого количества ёкаев такого класса, вроде бы как не под контролем и охраной оникири — немыслимо в воображении обычных государственных магов, уже десятилетия не видевших вживую работы клана «укротителей» и лишь слышавших про Амакава различные слухи. Нет, я уверен, какая-то замшелая неактуальная инструкция на мой счёт у них обязана быть, даже если руководство ещё не успело распространить новую… хотя давно пора уже. Я Айджи при следующем нашем разговоре жирный намёк сделаю, чтобы передал четвёртому отделу требование.
— Господа, могу я поинтересоваться, чего мы ждём, и с какой стати вы собрали вокруг здания столько… своих коллег? Вы уже убедились в том, кто я: я уже показал документ, подтверждающий мою личность, а вы оценили его аутентичность. Три раза. Киёко Хомуро вам должна быть знакома по прошлому случаю: не так давно вы её уже задерживали, в другом районе города, где произошёл предпоследний… «взрыв». Нет, не вот вы лично, но сути это не меняет, раз вы сейчас уполномочены представлять перед нами свою организацию.