Что ни говори, а даже в такой сюрреалистично-технопокалиптичной ситуации, вот такие мелкие мелочи, благодаря работе сознания, непредвиденно буксующей в расчёте более важных событий, всё же бросаются в глаза за неимением других объектов для эффективного применения моего внимания. Видеть себя со стороны, со всех сторон, полуголым (накинутый на бёдра пододеяльник, как у меня, не в счёт), вживую было не то же самое, что видеть себя в зеркале. Сидзука всё же, когда я её проводил тот раз, в моём образе уходящую в школу, несмотря на хорошее мастерство копирования и переделки образов своей физической оболочки не смогла передать, особенно в движении, всю ту точность… меня самого.
Многоликий начинает молча обходить комнату по кругу, не обращая внимания на переставшую расширяться, но продолжающую своё какое-то внутреннее «движение» зону подавления магии — единственный в комнате и… похоже, во всём мире, не застывший во времени предмет, или вернее, явление, кроме меня и полиморфа. Вот он, в смысле Многоликий, подходит к телевизору — вздувшаяся от моего резонатора коробка, брызнувшая мелкими частичками стекла и искр, разлетевшихся на метр в сторону комнаты, да так и застывших в воздухе диковинным украшением, причудливо отражая и преломляя в осколках свет от такой же застывшей вспышки внутри самой коробки. Подходит и… проходит сквозь осколки в воздухе, полностью их игнорируя. стекло отвечает ему пониманием и ответным игнорированием, давая более чем красноречиво понять, что вот эта вот копия меня нематериальна. Магозрением даже смотреть не хочу, так как в прошлый раз это не дало результата.
— Ну и… что это должно означать? Сказанное тобой.
Многоликий задумчиво посмотрел на меня, почесав подбородок, и, выдержав картинную паузу, ответил со вздохом:
— Ты уже догадался обо всём. Просто не хочешь признаваться себе самому.
— И всё же, объясни.
Псевдо-Юто подошёл ко мне поближе, и снова зашёл за спину. Вернее зашёл бы, если бы я не развернулся вслед за ним. Многоликий медленно подошёл к смотрящей перед собой в пустоту Хару, инстинктивно схватившей и попытавшейся закрыть себя простынёй, когда появились первые признаки беспокойства, после чего аккуратно провёл ладонью по волосам замороженной во времени девушки, и едва касаясь, поправил прядку волос, налезшую на лицо. Может быть материальным, когда захочет. И время локально размораживать, раз уж на то пошло. Кто именно остановил время гадать не пришлось, ответ был дан мне почти что инстинктивно, ещё до того, как появился Многоликий.
А они… то есть, выходит, я с Хару, гармонично смотримся вместе. Испуганная молодая, невысокая и хрупкая на вид девушка вместе с выглядящим не по возрасту мужчиной из другого мира, одни лишь чьи движения выдавали в нём бывалого воина-мага.
— Она — носительница Тьмы, которую ты, в свою очередь сначала разбудил своими действиями, вмешавшись в жизнь девчонки, и освободил благодаря этому своему… ритуалу. Но не спеши винить себя. Свет изменяющий начал манифестировать избранника, а значит и связанная со светом Тьма стала просыпаться, независимо от твоего желания или действий. Не приютил бы ты у себя Хару, так Тьма бы нашла другой осколок — спящий или активный, не важно. Возможно, всё равно бы проснулась в Хару и освободила бы себя сама, как только избранник Света перешёл бы определённый рубеж в принятии и понимании.
Анализ… Недостаточно данных
Основа отказывается продуктивно работать со столькими фактологическими неточностями. Просто не под то заточена. Однако мысли в моём сознании, в моей голове крутились сейчас с небывалой скоростью, подстёгнутые появлением этого неизвестного магической науке существа. Мысли… мысли, словно кусочки мозаики, потихоньку, со скрипом складывались, в то время, как я каким-то неоформленным импульсом приказываю себе искать неочевидное во всех происшедших со мной в этом мире событиях, даже если оно, в смысле неочевидное, весьма неприятно при осмотре с различных точек зрения.