Выбрать главу

Но не это не позволяло назвать предмет в руках Юто Амакава мечом-переростком неправильной, сложной, грушеобразной формы с утолщением этой формы к концу лезвия, противоположному рукояти. Всё дело в том, что примерно по центру этого металлического пласта было круглое отверстие, в котором рукоять как бы продолжалась, идя по одной оси с основной рукоятью. И за эту дополнительную рукоять в центре лезвия и подавал Ринко «меч» Юто Амакава, в полной степени успевший за те несколько мгновений нерешительности насладиться удивлением своей подруги.

— Ммм… Юто? — Не выдержала, наконец, Ринко, и оформила все свои вертящиеся в мыслях вопросы, типа «как мне его вообще брать в руки», и «что же всё же с ним нужно делать?», в один, ёмкий, но непонятный для неподготовленного человека вопрос.

Юто улыбнулся уже открыто — ему было более чем достаточно выражения её лица, чтобы понять, о чём Ринко Кузаки-Амакава хотела спросить на самом деле. Глава Семьи перехватил меч двумя руками за основную рукоять и сделал пару диагональных махов, поднимая небольшой ветер вокруг, и рождая гул от проносящегося мимо большого, и, наверное, тяжёлого предмета.

— Пока понятно? Впрочем, вижу, что да. Ты же у нас любительница помахать оружием побольше, вот я и подумал, что тебе… я имею в виду той тебе, которая безжалостно втаптывает врагов в землю столбом, эта форма и вес оружия понравится больше всего. Однако был ещё вопрос, состоящий в том, что с таким неуклюжим оружием можно и нужно будет делать, если возможный враг подойдёт вплотную, или наоборот, будет бить издалека, а с таким мечом быстро не побегаешь… по крайней мере без использования наверняка утомляющей системы маневрирования у тебя на спине. Но вот этот знакомый тебе одноногий гений этот вопрос решил. Позволь продемонстрировать. Дара.

Ожидавшая сигнала, изначально подошедшая лишь полюбопытствовать, так как ей было скучно совершенно ничего не делать, большая женская фигура, с уже почти человеческим лицом, если смотреть издалека, пришла в движение и протянула Ринко тренировочный боккен, которые были закуплены с прошлого раза с некоторым запасом. Всё ещё недоумевающая Ринко взяла боккен с лёгким полупоклоном и неловкой улыбкой — общаться с Дарой пока никто не научился, а сама она даже не начала пытаться издавать подобные человеческим звуки, так что приходилось если что использовать Сасу или Агеху в качестве переводчиков с её речи.

— Активируй защиту и нападай. — Коротко бросил Юто, снова перехватывая меч двумя руками.

Ринко Кузаки-Амакава без промедления кинулась навстречу, но не успела подойти достаточно близко, как меч впечатался с хорошей силой в её бок, оттолкнув на несколько шагов, абсолютно игнорируя подставленный боккен, сломавшийся, как спичку. Юто тем временем опустил меч на землю, концом лезвия вниз, и снова начал говорить:

— Масса. Даже мне нелегко справиться, но я думаю с твоим полностью улучшенным Светом изменяющим телом, это не проблема… хорошо, допустим, ты прошла поближе, вплотную, и за эту рукоять мне теперь тебя не достать… подойди. Вот так. Теперь смотри.

С этими словами, Глава Семьи споро перехватывает правой рукой дополнительную рукоять поперёк и, словно до неприличия гипертрофированным кастетом делает относительно быстрый, короткий хук справа, снова заставляя подругу отшатнуться.

Хоо… кажется, я начинаю понимать… а ведь действительно, эта рукоять может быть полезна…

С этими мыслями, потерявшая равновесие, но выровнявшаяся с помощью упомянутой Юто системы маневрирования на спине, Ринко Кузаки-Амакава уже с весёлым взглядом отошла и принялась ожидать дальнейшую инструкцию, которая, конечно же, последовала, после того, как глава Семьи убедился, что суть до его плоскогрудой и всё ещё иногда комплексующей по этому поводу одноклассницы дошла в полной степени:

А теперь, представь, что ты — противник, и ты вооружена оружием дальнего действия… ну вон возьми огрызок боккена, отойди подальше и по моему сигналу метни в меня, постаравшись попасть в моё тело, но НЕ по кистям рук, держащих эту вторую рукоять, которые будут закрыты фокусатором, а значит будут защищены… Готова? Хаджиме!