— Итай! — Вскрикнула во внезапной вспышке боли девушка, не ожидавшая от меня подобного, прежде чем взять себя в руки и сделать каменное лицо.
Кого ты пытаешься обмануть, подруга? В бою твоей храбрости и скромности («ха, подумаешь, рука…») ещё могло бы быть место, если бы они не соседствовали с безрассудством, но сейчас-то зачем?
— Как долго ты планируешь не подходить к Си-тян?
Ринко гневно открыла рот и уже хотела что-то сказать, но передумала и смутилась.
— Да как я могу к ней подойти, когда она занята… сам знаешь чем… само заживёт. Благодаря улучшениям мой организм крепче, чем ты думаешь. Ты ведь делал последние контрольные замеры восстановительной и усилительной системы довольно давно… Немного магии мико, и помощи Света моих улучшений, и рука как новенькая… только болит, вот. Иногда. — Кузаки-Амакава.
Среднее диагностическое. Мда… немного неправильно срослось. Ничего серьёзного, просто кожа кое-где перетянута, и кровеносная система находится под немного большим напряжением из-за её натяжения, но должно быть весьма некомфортно — в этом самом месте как раз находится болевой рецептор.
— Не глупи. Именно потому, что по сравнению с тем, что делает Сидзука, твоя проблема — мелочь, она её и не заметит, как сделает мельком. Через часик или два, когда она «проснётся», подойди к ней и попроси подлечить. Это приказ, гунсо… хех.
Ринко вздохнула и ответила согласием, после чего задумчиво уставилась в свою кружку с чаем — обычным заварным чаем, а не чаем Лиз, которая сейчас также была где-то там, в лесу, в поисках Флеммы. Полчаса назад отправилась, после моего расспроса её кое о чём… С её возможностью чувствовать души, а также поисковыми способностями Гинко, эта троица вместе с Агехой представляли собой «команду спасения».
— Ринко… твои родители не слишком перепугались, когда произошло нападение? Они ведь были в городе…
— А? Ах, да… с этим всё в порядке. Они немного обескуражены, но не более того. — Подруга детства.
Повисло слегка неловкое молчание.
— О чём ты думаешь?
Ринко отпила глоток чая, и сказала, наверное, не совсем то, что её действительно беспокоило:
— Да вот как раз о родителях… о маме Ю. Думаешь, мы справедливо с ней поступили?
Хороший вопрос. Женщина лишилась абсолютно всего: кормящего мужа, единственную дочь, ещё и дальних родственников в городе — невольных жертв последнего нападения… Мне нечего ей дать такого, чтобы компенсировать всё, что она бы иначе должна была бы пережить, если бы я не принял это решение. И пусть это может со стороны показаться таким образом, что я ухожу от ответственности, но стёртая этим утром с помощью стирателя Ноихары память, новая личность, солидный счёт в банке и новые документы, предоставленные Якоин, привычных к подобному, для неё будут гораздо лучшим вариантом.
— Ринко, это… это лучший выход из ситуации. Я знаю, это может быть жестоко — заставить человека забыть о его собственном погибшем по роковому стечению обстоятельств родственнике, но…
— Юто, как я… как любой из нас сможет спокойно спать, зная, что быть может, рано или поздно он лишится своего родственника или близкого друга?.. Или уже лишился кого-то и не заметил этого, так как воспоминания стёрты. Как-то это нечестно по отношению… по отношению к умершим. Ведь они продолжают жить в сердцах своих близких, как никак… — Ринко.
Всё это верно. Мне нечего сказать против, ни единого слова. Но всё же.
— Тебе не жалко её, Ринко? Она бы страдала… очень сильно страдала. Только представь себя на секунду на её месте. А так Акеми Шимомуро, можно сказать, умерла и переродилась в день, когда умерли все её родственники. У них, в отличии от неё, такого шанса не было и больше не будет. Достаточно того, что о старосте с её отцом помним мы, и они будут жить в наших сердцах, более стойких к такому… Не смущайся своих слёз, мой берсерк. Надо пережить это.
Ринко яростно растёрла лицо, попутно стирая выступившие слёзы, выпила залпом остаток чая, крепко сжав мою ладонь своей второй рукой, после чего резко встала, и сказав положенную фразу-благодарность за еду, кивнула мне и ушла, слегка потирая болящую руку.
Ринко-Ринко… переживём. Всё переживём. Только надо не сдаваться.
* * *
— Я думал, ты взяла перерыв от восстановления гаража… а ты на самом деле тут хлопочешь.
— Не могу долго сидеть без дела. — Мидори Якоин-Амакава, жизнерадостным голосом.