Фурукава не служил в реальной армии с приближёнными к хотя бы боевой готовности условиями. Его и большую часть снующих туда-сюда оникири волновали повреждения зданиям, всё ещё приводимые свидетели, отчётность, расчистка рабочих мест от строительного мусора. Расчистка рабочих мест! Я бы, наверное, подумал, что попал в какой-то театр абсурда, но слишком уж он был реален: убитых уже сложили в одном из нижних этажей, а немногочисленным раненым оказали помощь в первую очередь. Это всё хорошо, но вот о том, чтобы выловить разбежавшихся выживших мелких аякаши, никто даже не заикнулся - мол, тут бы сначала самим с беспорядком справиться. В городе обозлённые неудачей, напуганные демоны в лучшем случае делают дополнительный урон всей этой техногенной среде, и ладно, если только среде, но ведь возможны и жертвы среди населения… а они тут уборкой занимаются и ждут дальнейших указаний сверху, которые будут чёрт знает когда.
- Но… позвольте, Амакава-доно! Риск, конечно, есть, но так уж вышло, что он мал и вообще присутствует только для младших сотрудников, которым в обязанности вменяется патруль города. Люди уровня Хёуго Кабураги и нашего шефа проводят… ммм… девяносто процентов рабочего времени за столом, в безопасности, принимая важные решения… это является стимулом для новых работников: "вырасти", и риск, связанный с профессиональной деятельностью, станет меньше. Последнее нападение на офис четвёртого отдела во всей Японии было лет пятьдесят назад, и то, удалось обойтись без жертв, если мне не изменяет память. В таких условиях попросту нет необходимости в подготовленной экстренной смене местного начальства по случаю его возможной… скоропостижной кончины.
Взгляд на Фурукаву. Надеюсь, достаточно красноречивый.
- Господин Кио Фурукава-сан. Вы ведь понимаете, что очень сильно злоупотребляете моей добротой? Я не хочу, не могу, и не буду оставаться в этом офисе вплоть до момента, когда ваше региональное руководство соизволит, наконец, почесать задницу, уж извините за анатомические подробности, и назначит крайнего, которому придётся всё это разгребать.
Судя по выражению Кио, он полностью мысленно со мной согласен, но его просто так потом не отпустят, если он не сделает всё от него зависящее.
- Однако… Амакава-доно. Вы ведь понимаете, что я не могу вас так просто отпустить? Целая улица с разбитыми льдом припаркованными машинами - шестнадцать автомобилей. Прорванные водопроводные трубы, из-за которых у всей соседней улицы не будет воды минимум несколько дней. Десятки свидетелей действия ваших аякаши! Вы знаете, во сколько нам обходятся программы обеспечения секретности для семей, которые по тем или иным причинам нельзя… заставить замолчать? Есть среди свидетелей и такие. По самым скромным прикидкам, всё это тянет на миллионы…
Чёртов бюрократ. Я надеялся на благодарность? Нет, несомненно, благодарность в глазах людей, увидевших количество сражённых нападающих по соседним улицам, была поистине безмерной, да и оставалась такой и после. Чувствуется, что если начальник даст им такой приказ, то эти выжившие оникири без вопросов расшибутся ради меня в лепёшку. Сам Фурукава, в общем-то, был благодарен мне не меньше остальных, вот только он, как тот самый подметающий двор дворник во время обстрела магией, делал сейчас то, чем ему предписано начальством заниматься в мирное время, ведь с него потом спросят, а с должности ему слетать ой как неохота: не будет больше на старости лет возможности устроиться где-либо ещё со стажем и опытом работы в "несуществующей", не то, что организации, а вообще сфере деятельности.
Именно поэтому существуют касты. Нельзя мешать воинов и бюрократов. Воин обязан думать о том, как ему победить врага с минимальными потерями, а не как потом объясняться перед локальной властью за разрушения.
- Фурукава-сан. Кто я такой?
- ??? - Названный мужчина озадачен моим резким вопросом настолько, что не может даже сформулировать словами свои мысли.
- Скажите мне, господин Фурукава-сан. Вы обращаетесь ко мне уважительно, со всеми надлежащими моему общественному положению суффиксами и условностями… но, похоже, даже зная ответ на мой поставленный только что вопрос, не понимаете этот самый ответ до конца, и я всего лишь хочу выяснить, почему. Вводит ли вас в заблуждение мой возраст? Мой непрезентабельный вид? Отсутствие рядом со мной достойного меня личного кортежа с телохранителями и сопровождающими? Быть может, что-то другое? Ответьте мне, Фурукава-сан. Кто. Я. Такой. М?
- …
- Не знаете? Как жаль. Тогда я представлюсь ещё раз, как бы глупо это не выглядело со стороны после четырёхчасового сидения с непрекращающимися разговорами за одним столом. Меня зовут Юто Амакава. Наследник одноимённого клана, входящего в круг оникири Японии, который является реальной силой, посвящённой противодействию аякаши. Кроме того, мой клан - единственная в нашей с вами стране общественная неофициальная организация, которая может приручать даже сильнейших ёкай и юрэй - это вы видели своими глазами. Моя Семья - свободный ресурс национального значения, и я ей руковожу, пусть и только пока начинаю это делать. Теперь вам понятны общие масштабы, господин Фурукава-сан?
- Но ведь… я же не… - Проблеял, вжавшись в кресло, оникири, пытаясь отодвинуться чуть подальше от нависшего над ним меня.
- Что даёт вам столько уверенности предполагать, что вы имеете хоть какое-то право заставлять меня, наследника единственного на всю страну клана артефакторов и укротителей аякаши, ждать решения какого-то там местного префектурного руководства? Вы думаете, у меня нет больше важных дел? Фурукава-сан, я был с вами предельно сдержан и терпелив, несмотря на то, что мог бы просто проигнорировать ваши претензии и добиться ответов на свои вопросы при помощи силы… Или вы сомневаетесь в том, что я, заставивший спасаться бегством демона-Они высокого, почти высшего, уровня, способен это сделать?
Кио заметно побледнел при моих последних словах, и обернулся назад, словно ища поддержку в лице изредка заходящих в этот кабинет оникири. Но, будто ему назло, именно сейчас, отвлекающих Фурукаву от разговора со мной, как ветром сдуло. Впрочем, это объяснимо: карьеристы и работники мирных каст имеют необъяснимую ничем способность вовремя чувствовать, когда нужно слинять, попытавшись переложить проблему и ответственность за её решение на чужие плечи. Некий аналог уже упомянутого мной в мыслях умения людей из воинской касты заниматься реальным делом, когда прижмёт, руководствуясь здравым смыслом, а не стандартными неактуальными инструкциями. Что поделать - люди создают общество, а оно, в свою очередь, формирует людей. Каждая внешняя среда заставляет человека приспосабливаться по-своему, в зависимости от необходимости, и корни этого тянутся к природе, в которой так же и устроено, иногда прямо с эталонными примерами, которые сейчас не место и не время вспоминать. Так вот, мой с Кио Фурукава разговор происходил на повышенных тонах и, очевидно, не предвещал ничего хорошего тому, кто в него попробует сунуться - вот они, посторонние, потому и поспешили очистить помещение. То же самое было и с теми тремя оникири, что набрались смелости и попытались разрулить ситуацию с задержанием в городе большого количества сильных аякаши. Я даже не могу сказать, что такая особенность плоха, о нет. Человек, сразу же понимающий нутром, что он взялся за что-то, с чем не сможет справиться, а не пытающийся тянуть лямку, бессмысленно тратя время и увлекая на себя часть ресурсов - на самом деле полезный человек. Но во всём должен быть предел, вернее золотая середина.
- Амакава-доно, но ведь я же уже объяснил вам, что я не знаю, что это за амулет… я клянусь, что не знаю! И никто не знает. Я даже пошёл вам навстречу, и сделал то, за что меня могут снять с должности: показал наше магическое хранилище… нет, и не было у нас таких амулетов. А про личные связи Хёуго Кабураги с кланами… никто в здравом уме про такое своё начальство не спрашивает. - Фурукава.