До тех пор, пока не перешёл в последнюю возможную для вервольфа стадию развития отец Гинко и Удо, сильный и подающий надежды вервольф, чьё имя на человеческий язык можно было бы вольно озвучить, как Хизэо. Эта история полна незамысловатых сложностей, с которыми приходилось иметь дело всей стае, но самые "жестокие" по отношению к своим же, начались, после того, как Хизэо заявил свои права на титул вожака стаи. Дед, с его многочисленными шрамами, оставленными магией и магическим оружием людей… шрамами, что со временем накапливаются и ослабляют вервольфа, несмотря на опыт, или, правильнее сказать, благодаря ему, понимал, что этот момент рано или поздно наступит, и самолично, как это принято в стаях, готовил свою смену. Стае был необходим "свежий", сильный вожак, с новым взглядом на жизнь… поэтому в день, когда Хизэо посчитал, что он готов, старый седой вожак без вызова и ритуального боя сложил свои полномочия. Как позже стало понятно, это было ошибкой старого вожака. Просчётом, который стоил многим из стаи их жизней.
Если не вдаваться в никому не интересные подробности, по сути новый вожак был слишком самоуверен, вёл стаю в опасные места, стараясь сделать её сильнее, и однажды привлёк внимание магов. Части стаи не удалось спастись. Ответственность за этот провал Хизэо возложил на того, кто больше всех ему советовал не испытывать терпение людей - на своего отца, деда Гинко. Только у него всё ещё хватало авторитета поучать вожака… хватало до того момента, как Хизэо его изгнал из стаи. В этот день вожак пообещал стае охранять её не щадя своих сил, для чего ему понадобится коллективная помощь в сборе демонической энергии со стаи, что сделает его, Хизэо, сильнее, и незначительно затормозит развитие молодых членов этого немалого по человеческим меркам семейства. Незначительно затормозит… в общем, когда стая смогла одуматься, было уже слишком поздно: все полагались в вопросах защиты на вожака. Более, чем это обычно принято в мирные времена, ведь сбор энергий со стаи традициями дозволялся только в опасных ситуациях, и на не слишком долгий срок. И хоть Хизэо, казалось бы, искренне желал стае благополучия, но ситуация только ухудшалась со временем по непонятным причинам. Вина возлагалась вожаком на слабых членов стаи, на постоянно вмешивающихся не в свои дела людей-магов, в общем, на кого угодно, кроме него самого.
Избавление пришло внезапно, в один день, ничем не отличающийся от остальных. Буквально за какие-то десять, или даже меньше минут, жизнь изменилась, и уже никогда более не стала прежней. В стаю вернулась изгнанная родственница, сестра Удо от отца-вожака и другой матери. Гинко Оками, которую изгнал Хизэо, незадолго после того, как стал вожаком, из-за инцидента с её случайным перерождением в оборотня, способного принимать человеческий облик. Давно стая её не видела - более десяти лет. Некоторые её опасались, но многие, на самом деле, соскучились и хотели бы хотя бы расспросить родную кровь о том, как она нашла своё место в жизни среди людей. Однако Хизэо не был настолько добродушен… особенно в тот день, когда узнал от одного из лесных демонов о том, что уже как несколько месяцев из лесов начали почти бесследно исчезать аякаши. Наверное, вожак с большим подозрением отнёсся к тому, что именно в этот день вернулась его потерянная для стаи дочь, и… в общем, итог был бы заведомо предсказуем, если бы не вмешался человек. Человек, которого стая должна была бы ненавидеть. Человек, который вмешался в дела, которые, казалось бы, его никоим образом не касаются… Умный, сильный, умелый человек, которого Гинко Оками, назвала своим новым вожаком, на посрамление Хизэо. И что более невероятно чем то, что она выбрала вожаком человека, являлось то, что за этот короткий срок в какой-то десяток минут, новоявленный вожак, пусть и человеческого происхождения, взявший в свою "стаю" кровь рода Оками, а значит, ненапрямую оскорбивший Хизэо самим фактом этого поступка, было то, что он победил оного Хизэо практически не применяя магию.
Стая была разгромлена, подавлена и лишена вожака. Большая часть разбежалась, несмотря на то, что все понимали, что именно тогда как никогда было необходимо держаться вместе. Всплыли кое-какие незначительные разногласия, да и никто не хотел брать на себя ответственность быть новым лидером. Вервольфы по природе своей близки к обычаям и суевериям, и такой знак свыше, знак в виде человека, которого все сразу же возненавидели "по привычке", словно бы всё ещё следуя возможному приказу отсутствующего вожака… да, они, вервольфы рода Оками, восприняли такой знак как неизбежное наказание судьбы за свою слабость. Никто не произнёс этого вслух, но это подразумевалось во взглядах. По сути говоря, избавлением этот инцидент никто в то время даже не подумал бы называть, а те, кто бы так сказал, показались бы стае сумасшедшими. То, что это было избавлением и событием, которое было альтернативой гораздо более печальной участи, многие из выживших поняли лишь гораздо позже… когда уже и в этой местности, охватываемой влиянием Зенджу, стали пропадать аякаши, включая тех, кто принадлежал бывшей стае.
Опять же, если опустить ненужные детали, то именно в тот момент бывшей стае был дан шанс на выживание, вернее той части стаи, которая в отсутствие своего вожака решила измениться, отбросить гнёт уже неактуальных традиций и обычаев, измениться и приспособиться. Начать контактировать с людьми, в конце концов, раз это - куда как более жизнеспособная стратегия. Удо и Сору приютил человек, оказавшийся вовсе не таким мерзким чудовищем, которым описывал людей Хизэо. Всё это было бы попросту невозможно, и вервольфы так влачили бы своё примитивное существование… до тех пор пока однажды не натолкнулись бы на того, кто вычищает леса от аякаши, и не исчезли бы целой стаей. Ведь в отличие от человека, пришедшего защитить Гинко, этот лесной охотник, по слухам, не упускал никакую добычу, какой бы слабой и на первый взгляд со стороны, ненужной бы она для него или её не была. Человек, с именем Юто Амакава, как выяснилось немного погодя, при второй встрече со своей родственницей, стал тем необходимым толчком к тому, чтобы бывшая стая, вернее её члены, получили хоть какой-то шанс.
И ничего бы из этого не случилось, если бы люди, подгоняемые временем, постоянно изменяясь сами, задавая изменения окружающей их среде и своему обществу, были бы в определённой степени бессмертны как перерождающиеся аякаши, а потому и не имели бы стимула. Стая вервольфов - это отдалённый, пусть и грубый, пример того, как вечноживущие, а потому слишком сильно держащиеся за свои традиции, не видящие причин их менять, люди, из мира, в котором было бы остановлено время, по всем параметрам проигрывают людям этого мира, если он останется без изменений. Люди пришли, увидели, выжили их из привычных мест обитания, и со временем победили разобщённых, вечноживущих аякаши. Именно благодаря тому, что они полагаются не на сильного вожака, а на общество. Именно благодаря своей смертности и бренности они сильны. Не как индивиды, а как процветающий вид, способный в современном мире большей своей частью на то, что сейчас, как и века назад было для аякаши недостижимым. И люди не планируют на этом останавливаться. Так плохо ли то, что не прекращающее свой ход время, как самый суровый, но необходимый учитель, делает большинство разумных теми, кем они сейчас являются?
Неуверенный Сора, агрессивный Удо - они оба пережили урок, который преподало им время посредством одного человека. Пережили и приспособились. И хоть и по сей день жалеют, что он, этот урок, был довольно жестоким, но всё равно благодарят судьбу за возможность изменений.