— Идем, крошка! — подцепив меня под руку, Вита счастливой походкой выпорхнула из магазина. И только потом мечтательно вздохнула: — Ох, какая же ты счастливая, Сашенька! Даже я, опытный шопоголик, никогда столько денег за раз в магазине не оставляла. Они тебе, кстати говоря, в подарок сумочку положили. Прикольно, да? Там только одна сумочка на два ляма тянет.
— Так, стоп! — замерев, повернувшись лицом к Вите, я уставилась на нее испуганными расширенными глазами. — Не ври, что никогда не тратила сто тысяч рублей в магазине.
— Рублей? — прыснула та, похлопав меня по плечу. — Бери выше — долларов!
Никогда не думала, что информация может стать настолько оглушающей, что я потеряю дар речи. Закашляюсь, пошатнусь и повалюсь на скамью.
— Ты чего? — занервничала Вита, обмахивая меня шарфиком. — А ну-ка не умирай тут! Мне за тебя сперва мой муж голову оторвет, а потом твой!
— Сто тысяч долларов… Сколько это в рублях?! — судорожно прикидывая в голове даже самый лояльный курс, все равно ужаснулась итоговой сумме. — Боже! Вита, давай все вернем? Как вообще можно было потратить ТАКИЕ бабки на шмотки?
— Ты хотела отомстить мужу? Отомстила! Забудь, — девушка перекрыла мне путь, не давая броситься обратно в бутик и слезно просить отменить сделку. — Пойдем-ка лучше чайку попьем, а? Сегодня ты меня угощаешь.
Девушка уверенно шла в дорогой ресторан, но я твердо для себя решила, что хватит на сегодня необдуманных трат за чужой счет. Поэтому потащила подругу на фудкорт. Вита с призрением оглядывала киоски с фастфудом, пока я ждала свой заказ через терминал: две чашки кофе и бургеры.
— Знаешь, — наконец сдалась та. Сразилась взглядом с булкой и откусила огромный кусок, — ты странная, Саша. Но этим мне и нравишься.
Я только открыла рот, чтобы ответить, как услышала позади знакомый голос.
— Это она, я тебе говорю…
— Нет, Саша же темненькая! А это какая-то фифа в дорогих шмотках и с белыми паклями.
— Да она это! Отвечаю!
Резко повернувшись, я споткнулась взглядом о компанию из пяти человек в другом конце фудкорта. Три девочки и два парня. По спине прошел холодный пот, сердце бешено застучало… Глотнув побольше кислорода, я тихо шепнула Вите:
— Это моя бывшая компания.
— И, — недоумевала та, — что теперь?
— Пойду поздороваюсь.
Резко поднявшись с места, я не дала девушке даже шанса ответить. По мере моего приближения к ребятам, разговоры за их столиком становились все тише и тише.
— Нам твои родители сказали, что ты замуж вышла за иностранца и переехала в забугорье, — вдруг произнес Дима. Тот самый парень, который в прошлой жизни заставлял бабочек порхать в животе. — Я не поверил. Ты бы так не поступила. Оказывается, правда!
— Признавайся, — Оля затянула меня за столик, — запихали тебя в какую-то исправительную школу заграницей?
— Какая исправительная школа? Ты ее волосы видела? — пнула ее в бок Лида. — Сашка, колись: в Турции отдыхала?
— Загара нет! Какая еще Турция! — закатил глаза Дима. — Да и вообще, дайте ей самой хоть слово сказать.
А я замерла, перестала дышать. Что я должна была им рассказать? Как стала оборотнем? Или как меня выдали за первого попавшегося, который меня УНЮХАЛ? Или, что я пытаюсь от него залететь, чтобы он оставил меня в покое?
«Ври! — поняла я вдруг. — Ври, Саша! Напропалую!».
И сочинила им историю, которая больше походила на реальность. Что педантичные родители поймали меня за курением. Наказали. Отправили в исправительную колонию без телефона и возможности коммуникации с миром. И что теперь я буду учиться заграницей, потому что там (по мнению мамы с папой) лучше образование и строже наблюдение.
— Жесть, — застонала Оля, прижимая меня к себе и целуя в висок. — Бедная ты моя. Волосы покрасила из-за протеста, да? А вот я, назло предкам, татуху на спине наколола. Показать?
— Отстань со своими татухами, — закатил глаза Дима, не сводящий с меня требовательного взгляда. — Саш, ты когда уезжаешь хоть? Мы сегодня идем в клуб. Помнишь, ты когда-то хотела пойти… Может, присоединишься?
Потупив грустный взгляд, я нехотя прошептала:
— Вряд ли мне разрешат…
— Ничего такого не будет! — оживился Дима, вскинув руки. — Пару часиков потанцуем, а потом я тебя лично домой подвезу.