— Я хочу сама поухаживать… — от недоумения брови сошлись на переносице.
— А я не хочу этого. Какой позор! Может утку еще вынесешь?! — строго отмахнулся тот. — Через недельку-другую я буду в строю и жду вас в гости, понятно? А сейчас проваливайте с мужем восвояси.
Мне не хотелось уезжать, но больше всего я боялась тревожить мужчину. Было видно, что выглядеть слабым он не хочет, не привык. Поэтому проглотив эгоизм, я снова покорно кивнула.
— Как скажешь, начальник! — сжав щеки отца, я нагнулась и оставила поцелуй на его взмокшем лбе. Папа был безумно горячий, температура за время разговора поднялась до небес.
— До-мой! — заметив перепуганный взгляд, скомандовал он. Видимо, хотел поднять руку, но не смог, поэтому просто указал пальцем на дверь. — Через неделю увидишь меня «в строю» и тогда поговорим. А сейчас без соплей, поняла?
Тяжело вздохнув, я нехотя направилась к выходу.
— Саша, — окликнул меня отец уже у двери. Я обернулась, но его лице уже было поглощено тьмой комнаты. Да и застывшие перед глазами слезы мешали разглядеть получше. — Что бы ты там себе не надумала, я всегда безумно тебя любил. Ты умная, сильная и инициативная девочка. Наверное, поэтому я был с тобой так строг. Хотел, чтобы из тебя выросла прекрасная принцесса, которой ты сейчас и являешься.
«Что за речь? Он как будто прощается!», — ужаснулась я и тут же подняла руки над головой:
— Ты сейчас очень слаб, папуль. Мы обязательно продолжим этот разговор, когда ты сможешь кушать без чужой помощи. Я приглашаю тебя в новый сад Аарона на пикник. И когда мы будем есть шикарный пирог Наташи с ароматным чаем, я скажу тебе что-то важное.
— Что же? — игриво спросил он.
— А вот тогда и узнаешь, — загадочно подмигнула я. — Будет мотивация быстрее встать на ноги.
— Ох, интриганка, — прыснул он. — Проваливай давай! Перед дочкой я еще немощный в кровати не лежал!
— До скорой встречи, — открыв дверь, я не оборачиваясь вышла и аккуратно прихлопнула за собой.
Коридор оказался пуст. Воспользовавшись отсутствием воинственных родственников, я вошла в свою старую комнату и огляделась. Все в ней было, как прежде. Ничего не поменялось. Нежная, уютная, воздушная… Такой я была полгода назад. Даже вещи лежали так, как их бросила: платье на постели; носочки на диване; косметика разбросана на столике; брошюры для университета на столе… Теперь все это казалось чужим, не родным. Словно из прошлой жизни.
«Надеюсь, ты навестишь мой дом. Ищи ответы в 1984», — вдруг всколыхнулись в памяти слова отца, когда взгляд застопорился на моей скромной коллекции учебников.
И тут меня осенило: «Что если старик говорил не о времени, а о конкретной книге?». Бросившись к рабочему столу, я судорожно включила свой ноутбук. Там, на рабочем экране, все еще оставалась открыла страница по оформлению документов для поступления. Свернув ту, я набрала в поиске только одну строчку: «1984».
— Бинго! — сорвалось с губ радостно.
Закрыв вкладки, я тут же бросилась в огромную семейную библиотеку. Там Градские столетиями собирали эксклюзивные книги. Именно там я намеренна была найти полку с писателем Джорджем Оруэллом.
— Госпожа, — не дойдя двух шагов, я вдруг напоролась на горничную, — вас ищет мать. Они с вашим мужем в гостиной. Ситуация напряженная и требует вашего незамедлительного участия.
— Конечно, — задумчиво прикусив губу, я придумала первое оправдание, что пришло в голову: — В туалет ведь я могу сходить?
Кивнув, горничная удалилась. А я, словно какая-то воровка, продолжила красться по отеческому дому в библиотеку. Благо, в этот раз никто не помешал. Войдя внутрь, я аккуратно прикрыла за собой дверь и тут же отправилась к нужной букве алфавита. Оказалось, писателей с первой буквой «О» в фамилии слишком много. Целый стеллаж! У меня ушло десять минут на панические поиски.
Когда нужная книга в красной обертке с золотым орнаментом оказалась в моих руках, в ушах битами начал отбивать пульс, сердце забарабанило, а голова закружилась.
«Неужели отец оставил мне здесь тайное послание? — воодушевленно гадала я. — Или сама книга является разгадкой?».
Сжав обертку, я импульсивно распахнула книгу, но не успела взглянуть, как кто-то вырвал ее из рук. Подняв взгляд, я увидела недовольную Лею: