И где только она этого набралась? Позорище!!!
— Что ты творишь? — прижав к себе обеими руками тело бесстыдницы, которое в данную секунду дрожит от смеха и успеха собственного спектакля, рычу ей в ухо. — Сумасшедшая.
Стоим вроде вместе, тесно прижатые друг к другу, а под ногами всё крошится, ползёт куда-то, утягивая за собой моё железное спокойствие.
— Или покиньте её, — больше не сдерживаясь, переходит на визг. — Или вас выведет охрана, — нетерпячка берёт верх над взволнованной девушкой, которая переходит на абордаж, внезапно начиная колотить по стене, вынуждая нас выйти.
Выскальзываю в холл, мужественно принимая удар на себя, выступая первым в роли кандидата личного досмотра.
Хорошенькая блондинка смотрит оторопело, разглядывая состояние моей одежды, которая по всей видимости и её умозаключениям должна быть помята, расстёгнута в неположенных местах, а возможно и вовсе в спешке забыта в примерочной.
— Я помогал подруге застегнуть бельё, только и всего, — сунув руки в карманы, утихомириваю внутренний мандраж, который неожиданной волной прокатывается по телу. Марго впутала меня в безумную ситуацию, разыграв постановку с лёгким эротическим флером. — Не стоит поднимать шум или звать охрану. Пройдёмте на кассу, мы готовы совершить покупку.
Хочу в приглашающем жесте любезно направить девушку в зал, но та не спешит, ожидая появления Маргариты, видимо тоже для детальной оценки её внешнего вида.
За спиной с торопливым шорохом распахивается штора, явив нам раскрасневшуюся Марго, одетую впопыхах: с выправленной футболкой, сползшим с плеча рукавом, чуть оголившем кружевную лямку бюстгальтера.
Да что за чёрт? Как девственник цепляюсь за любую маленькую демонстрацию чего-то запретного, переставая адекватно мыслить.
Перевожу взгляд на зажатое в Маргаритиных руках бельё, которое своим красным цветом маячит, как стоп-сигнал и его давно пора нажать. Поэтому я решительно выхватываю вешалку.
Поспешно отворачиваюсь, растягивая уголки губ в любезной улыбке, а перехватив заговорщическое подмигивание адресованное мне девушкой консультантом, я позорно сбегаю от Маргариты, успев расслышать поток эпитетов обвиняющих меня в распутстве.
Она явно меня не простит, припомнит что я бросил её на произвол судьбы. Пусть! Может быть в следующий раз не станет устраивать цирк, за который мне стыдно. Но больше всего всё же мне стыдно за то, как я отреагировал на увиденное.
— Безналичный расчёт или… — вырывает меня женский голос из размышлений.
— Карта, — перебиваю на полуслове, желая скорее свалить из рассадника феромонов прицельным боем направленных на меня. — Упакуйте бельё.
Пока расплачиваюсь, замечаю боковым зрением как моя спутница несётся прочь из магазина, не оставляя мне никакого выбора — нужно догнать, себе дороже проигнорировать побег Марго. Усилием воли подавляю желание послать всё к чертям, уехать домой, наплевав на обиды одной взбалмошной особы, порядком мне надоевшей. Но вопреки орущей душе, призывающей меня к бегству, я спешу за Крайновой.
— Стой! — в пределах разумного выкрикиваю просьбу, так чтобы не распугать людей, но остановить ту, которой предназначался мой властный оклик.
Маргарита не оглядывается, но и шаг сбавлять тоже не собирается, поэтому я вприпрыжку бегу следом, лавируя среди стоек с развешенным товаром.
Знатно Крайнова психует, фыркает, злится на ровном месте, забавляя своим душещипательным спектаклем. Жаль её расстраивать, но я не ведомый, могу успокоить, пожалеть, но никогда не буду потакать.
Догнать бы её и отшлепать, да с таким удовольствием и силой, чтобы её пятая точка ещё долго не захотела присесть ко мне на мотоцикл.
— Ну куда сорвалась? — осторожно касаюсь тонкого запястья, но вполне ощутимо, чтобы приостановить безумную гонку, с целью отдышаться и спокойно выяснить причину бегства. — Как ребёнок себя ведешь.
Не без труда поймав и остановив беглянку, выжидаю, понимая что тут и без форсирования событий всё напоминает хождение по минному полю.
— А ты — как бабник, — брезгливо шепчет одними губами, будто ей противно общение со мной, вызывая у меня ответную игривую улыбку.
— Маргош, я не ослышался, ты ревнуешь? — мне даже слегка льстит такой расклад, но вовремя вспомнив кто мы друг другу, отпускаю её руку… очень зря.
— У тебя завышенное самомнение, — тычет пальцем прямо мне в нос, щекотно потерев его кончик, чтобы после отвесить болезненный щелчок. — С чего мне реагировать на твои брачные танцы перед каждой новой юбкой? Мне плевать с кем ты кувыркаешься и с какой частотой.