— Кейт, выходи за меня.
— Что?
Я без особой нужды прочистил горло, в надежде, что простое покашливание закалит мою решимость.
— Я говорю, выходи за меня замуж. Я много думал последнее время и понял две вещи: одна — это то, что я тебя люблю, а вторая — что я должен как можно скорее что-нибудь предпринять по поводу своих новых чувств.
Кейт нервно рассмеялась.
— Ты шутишь, Вилл? Если да, то это не смешно.
— Я не шучу. — В душе я улыбнулся и сделал паузу. — Я в жизни не был так серьезен. Сегодня я решил, что люблю тебя, вот и все. Ты изменила мою жизнь, Кейт, ты изменила ее больше, чем все, кого я знал до тебя. Ты нужна мне. Я знаю, это звучит высокопарно, но это правда. — Я прикусил губу. Мне еще многое хотелось сказать, но я боялся перепугать ее слишком бурными эмоциями, как это случилось тринадцать лет назад с Вики Холлингсворт. — Послушай, не обязательно отвечать прямо сейчас, если не хочешь…
— Сколько у меня времени на размышления? — едва слышно перебила меня Кейт.
— Три минуты.
Мы рассмеялись.
— Ладно, — сказала Кейт со смешинкой в голосе. — Сверим часы… Время пошло!
Три минуты мы молчали. Мы перенеслись во вселенную, где не было никого, кроме нас. Я внимательно прислушивался к каждому ее вдоху и выдоху. В какой-то момент я чуть не расхохотался, вспомнив во второй раз за эти выходные «Каждый твой вдох» Стинга. В первый раз переломный момент моей жизни не был погребен под лавиной мыслей о том, что могло бы быть, а чего могло бы не быть — ни одной мысли не появилось с того момента, как она сказала «ладно». Земля уплывала у меня из-под ног, я сам плыл куда-то — вон из собственного тела, из привычного мира, настолько далеко, что только на второй минуте заметил, что не дышу. Казалось, мне было достаточно прислушиваться к ее дыханию — мне было очень хорошо.
Я посмотрел на часы. Три минуты истекли.
— Ладно, — сказала Кейт.
— Что — ладно? — неуверенно спросил я.
— Ладно, я за тебя выйду.
— Ты шутишь?
— Нет, я серьезно. Я куда серьезнее тебя, — рассмеялась Кейт. — Ты для меня самый важный человек на свете. Я тебя люблю. Знаешь, как я хочу умереть? Я хочу умереть, спасая твою жизнь.
Я потерял дар речи.
— Не пугайся, я шучу, — заверила она меня. — Но я тебя действительно люблю. Я сегодня полдня делала для тебя открытку на день рождения. Можно я ее тебе прочитаю? Я вырезала фотографию Джимми Хенрикса с обложки журнала «Q». Около рта я пририсовала ему кружок, как будто он говорит: «Я помолюсь за тебя». А внутри написала: «Дорогой Вилл, с днем рождения. Я молюсь за тебя и надеюсь, что тебе не придется больше справлять ни одного дня рождения без меня. С любовью, К.».
Я был тронут. Мысль, что она что-то вырезала и наклеивала специально для меня, заставила меня прослезиться.
— Спасибо. Мне очень понравилось. — Я безнадежно оглядел комнату. — Прости меня. Мне нечего тебе подарить.
— У меня есть ты, — сказала Кейт. — Что еще нужно девушке? — Она замолчала, будто не знала, что сказать. — И что мы будем делать дальше?
— Не знаю. Так далеко я не планировал. — Я встал и обошел комнату по периметру — насколько позволял телефонный шнур. — Наверное, надо сказать родителям.
— Моя мама будет в восторге, — сказала Кейт. — Я лет с десяти твердила ей, что никогда не выйду замуж, и смотри, до чего ты меня довел. Папа тоже будет приятно удивлен. Мои парни ему никогда не нравились, но ты понравишься обязательно. Я просто уверена.
Я посмотрел в окно. На стекле был тонкий слой серой пыли. Сад зарос высокими сорняками с желтыми цветами и жгучей крапивой. Соседского пса было не видать. До меня доносились удары мяча и голоса детей, играющих в футбол, но где — непонятно.
— Мои родители будут ошарашены, оба, — тихо сказал я. — Мама подумает, что… ну… ты понимаешь... — Я замолчал. Мне стало стыдно при мысли, что меня второй раз за выходные обвинят в том, что какая-то девушка от меня забеременела. — Смешно, правда? Мы говорим о таких вещах, а сами даже за руки не держались.
— А ты думаешь, чем мы здесь по телефону занимались? — серьезно сказала Кейт. — Я столько о тебе узнала. Мы стали так близки… У меня еще ни с одним парнем так не было. Даже с моим бывшим. Я увидела настоящего Вилла. Ты не стал притворяться, потому что думал, что никогда меня не увидишь! Разве парень, который хочет закадрить девушку, начнет с рассказов о своей бывшей?