Более того, у табака самый высокий аддиктивный потенциал среди всех известных веществ. Для эпизодических употребляющих вероятность формирования зависимости в течении года, более 30% – выше чем у героина, выше чем у кокаина и выше, чем у алкоголя. Стойкая 3-х летняя ремиссия получается только у 5% самостоятельно бросающих, и у 21% с медицинской и психологической помощью.
Что интересно, примерно такие же цифры – 5% самостоятельно и 20-25% с внешней помощью, называют в разных руководствах по всем нарушениям, связанным с отсутствием контроля над импульсивным повдением (не только при аддикциях, например, при расстройствах пищевого поведения).
Еще занимательный факт. В отличие от марихуаны, на табак никто не пытается повесить шизофрению. Но подавляющее большинство шизофреников курит (от 77 до 89%, по разным оценкам). Судя по всему, таким образом, они пытаются сгладить внутреннее напряжение. Другое объяснение – все шизофреники принимают нейролептики. Все нейролептики в большей или меньшей степени могут вызывать неприятные побочные эффекты, связанные как раз с блокадой ацетилхолиновых рецепторов, и, видимо, никотин несколько облегчает проявления нейролепсии.
Кроме того, никотин снижает массу тела. За счет постоянной активации катехоламинов, ускоряет метаболизм, ускоряет липолиз (разрушение жировой ткани), повышает утилизацию глюкозы тканями. Курящий человек весит в среднем на 4-5 кг меньше некурящего. Что при отказе от курения начинает набираться вес – это общебытовое знание, все в курсе. При этом за счет синдрома отмены, постоянного дискомфорта и вызванного им «невротического заедания» редко кому удается в своем наборе веса ограничиться только «метаболическими» 4-мя кило.
Что курить вредно – об этом сказано тысячи слов. В общем и целом слова эти справедливы.
5-6 миллионов смертей ежегодно по всему миру. По трупу каждые 9 секунд. В западных странах, по результатам долгой антитабачной компании, число курящих несколько снизилось, в основном среди мужчин, но в целом по планете цифры неуклонно растут. Россия – в лидерах, одна из самых курящих стран.
Табакокурение резко повышает риски легочных заболеваний. Обструктивный бронхит курильщика, эмфизема легких, рак гортани, рак легких. Нет, это не экология и не загрязнение среды. Вернее, экология тоже, но это ничтожная доля. 90% раков легких и 95% раков гортани это табак. С другой стороны, заболеваемость раком легких у мужчин 65-70 на 100 тысяч в год. Россия одна из самых курящих стран на планете, 62% взрослых мужчин курит. То есть среди этих 100 тысяч примерно 60 тысяч курят. Это значит 1 шанс на 1000. Не сказать, чтобы сильно впечатляло. После 60-65 лет онкологические риски резко растут вверх, и достигают пика для 70-79 лет в 530 на 10 000 в год, что уже более суровый шанс. Но покажите мне мужчину, который, живя в России, планирует перевалить за 79 лет, и мы хором одобрительно ему улыбнемся.
При этом собственно никотин никакого вообще влияния на дыхательную систему не оказывает. Бронихты, эмфизема, онкология, апное – это не никотин, это все прочие радости, которые содержатся в сигаретном дыме.
Точно так же сердечно-сосудистые заболевания у курящих – это продукты сгорания и смолы. Инфаркты, инсульты, атеросклероз сосудов, гипертония, аритмии – курение повышает риски, абсолютно точно, несомненно и достоверно. Облитерирующие эндартерииты вообще кроме как у курильщиков почти не встречается, и лечатся только ампутацией ног.
И опять же, на хроническую патологию сердечно-сосудистой систему никотин не влияет либо влияет очень незначительно. Остро, при передозировках, да, влияет, об этом говорилось выше. Капля никотина-таки убьёт лошадь, если принять, что капля весит 30-50 мг. Смертельная доза никотина для человека 0,5 мг/кг, это где то 1 сигарета на 1 кг массы тела. На практике нереально выкурить 3-5 пачек одновременно. Патологическое состояние, вызванное острой интоксикацией никотином – это исключительно редкий случай, и обычно связан не с табаком, а с передозировкой на заместительной никотиновой терапии – никотиновые пластыри или электронные сигареты.
Что же до хронических сердечных заболеваний, то заместительная никотиновая терапия допускается даже после перенесенного инфаркта. Сердечные риски у полностью отказавшихся от никотиновой зависимости в любой форме примерно равны рискам у пациентов, принимающих заместительную терапию.