Разумеется, от родителей свои новые «особенности» поведения я тщательно скрывал, покупая жевательную резинку для использования непосредственно перед тем как зайти в квартиру. До поры до времени мне удавалось скрывать мой «маленький» грех табакокурения, но однажды я был пойман с поличным прямо на улице, где меня курящего увидел мой отец. После этого был какой-то нравоучительный разговор со мной дома, изъятие заветной пачки в пользу уже курящего тогда не только в отпуске отца, сомнительная похвала папы отменному качеству табака сигарет, которые он забрал у меня. После произошедшего я курить не перестал, но предприянял всё возможное, чтобы быть осмотрительнее и больше не попадаться так глупо как это произошло недавно. Таким образом, мой твёрдый курс стать профессиональным курильщиком ничто не поколебало, а окружающая меня действительность только убежадала меня в правоте моеих устремлений.
В отличие от опытов обуздать науку научиться много и правильно пить алкоголь, премудрости курения дались мне легко. Я очень быстро превратился в обычного курящего молодого человека, у которого всегда уже находились темы для разговоров среди таких же курящих юнцов как и он сам. А обсужали мы в основном девчонок, алкоголь и какие сигареты лучше. Вполне взрослые светские беседы. Я превращался во взрослого человека, осознанно выбравшего путь грехопадения, благо и алкоголь и сигареты в 90-е годы были легкодоступны, и был громадный выбор того, чем в данную минуту отравить свой организм. Было ЧЕРТОВСКИ весело.
Наступило моё восемнадцатилетие. Я в этот же день демонстративно закурил в присутствии родителей и твёрдо заявил, что намерен курить и впредь. Меня не смущало, что сигареты, которые я собирался курить, будут покупаться на деньги, заработанные отцом. Я наивно полагал, что родители должны обеспечивать мой новый уровень жизни пока я учусь, а не работаю. Кстати, насчёт алкоголя я таким смелым не был, а мои непрекращающиеся опыты научиться пить были в глубокой тайне от мамы с папой, хотя я уверен, что они о многом догадывались и сами, ведь наивными людьми они никогда не были.
Совместное употребление алкоголя и сигарет привело к неожиданному для меня открытию: пьяный я выкуривал в разы больше сигарет, чем трезвый. Эта особенность, присущая практически всем курящим и пьющим людям, закрепилась в моей поведенческой модели моего бытия на долгие предолгие годы. Фактически навсегда, ведь только прекращение распитие алкогольных напитков и табакокурения положило конец этой безумной гонке за грехом.
Итак, достигнув совершеннолетия, я стал курить. Курил вместе с отцом в туалете, отравляя жизнь маме. Потом папа 18 мая 1997 года умирает в отпуске. Затем меня отчилсяют из первого института. Попытки суицида, одним из намерений которого было выпить никотинового отвара из сваренных в кастрюле сигарет. Но в итоге эту гадость я не попробовал, и эксперементировал с другими путями покончить свою только начавшуюся жизнь.
В 1998 году я поступил в Норильский индустриальный институт. Начал рально учиться. Учиться только на «отлично». Курить я не прекращал. Но курить начал прямо в своей комнате, поставив жестяную банку-пепельницу перед четырнадцатидюймовым монитором своего первого персонального компьютера Pentium 133 MHz. Но прекрасно помню, что количество выкуриваемых сигарет резко возрастало от роста умственнного напряжения при выполнении тех или иных учебных заданий будь то математический анализ, общая физика, общая химия, теоретическая механика или электротехника. Особенно интенсивная учёба была на первых трёх курсах института, а потом стало гораздо легче, несмотря на наличие курсовых работ по спецпредметам. Но я сейчас хочу сказать, что курить я стал как «сапожник».
Таким образом, я сейчас также могу утверждать то, что умственная работа курильщика требует большего количества никотина, который временно приводит к возбуждению нервной системы с дальнейшим временным возникновением чувства отупления умственной деятельности, из состояния которого можно себя вывести очень быстро при помощи новой сигареты. Повторюсь, усиленная умственная деятельность требует большего количества сигарет, чем обычная обыденная жизнь. Также я заметил другую особенность курения: лень в обычной жизни. Определённая средняя стабильная доза никотина вызывает чувство нежелания, чтобы то ни было делать, и лишь только резкое повышение её (а, казалось, что сам факт долга, чтобы то ни было сделать при помощи мозга вызывает резкое повышение потребности в никотине) приводит к оживлению мозговой активности и способности активно думать и принимать какие бы то ни было продуманные решения.