Я беру ее и сжимаю его предплечье.
— Поздравляю. — Он все еще сияет.
Для младшего брата Рив — самая большая заноза в заднице. Но у него доброе сердце.
Я смягчаюсь, поскольку жажда насилия, которую я испытывал, когда он смотрел в сторону моей спальни, утихает. Теперь, когда он знает, что она моя, мне не о чем беспокоиться. И все же я предпочел бы оставить ее только для себя.
— Как ты с ней познакомился? В том маленьком городке, где скрывался? — он опускается обратно на диван.
Я устраиваюсь на диване, чтобы следить за дверью своей спальни. Если Орхидея попытается выйти оттуда не полностью одетой, я успею подбежать к ней прежде, чем Рив сможет как следует разглядеть ее.
— Что ты делаешь? — спрашивает он.
— Что?
— Ты рычишь. — Он склоняет голову набок.
— Нет.
— Ага. — Его голос звучит неуверенно. — В любом случае, как ее зовут? Какая у нее история?
— Орхидея. Она — моя соседка. У нее есть пара скелетов в шкафу...
Он фыркает.
— Добро пожаловать в клуб.
— Но ее скелеты все еще живы и их сердца бьются. Она выросла в суровой религиозной общине, где мужчины играют в Бога, а женщины страдают.
Выражение его лица мрачнеет.
— Ублюдки. Я рад, что она выбралась. С ней все в порядке?
— Да. Она начала совершенно новую жизнь, работает в закусочной, разбила небольшой сад...
— Я знаю, откуда это взялось. Хотя, полагаю, ты показывал ей не только свой сад? — он подмигивает.
— Не твое дело.
— Справедливо. Продолжай.
— В общем, все было хорошо, пока не появился ее отец и какой-то придурок, который решил, что может на ней жениться.
— Понимаю. Значит, ты привез ее в безопасное место, заботился о ней, а потом вылизал ее киску на столешнице?
— Рив. — Я вскакиваю на ноги, сжимая руки в кулаки.
— Ого. — Он протягивает руки ладонями вверх. — Я просто пошутил. Я имею в виду, я буквально констатировал факты, но… послушай, я ничего не видел. Просто обоснованное предположение.
Вот так всегда. Точно знает, на какие кнопки нажимать, чтобы добиться реакции. Он единственный, кто когда-либо так делал, не считая Орхидеи. Кажется, они знают меня лучше, чем я сам.
— Так что за история? Почему ты здесь?
— Как и сказал. Я увидел твой сигнал и хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
Я снова сажусь. Никогда не обижал Рива, никогда даже не поднимал на него руку, но когда дело доходит до Орхидеи, я становлюсь настоящим зверем. И хочу отлупить его за то, что он даже думает о ней.
— Я в порядке. Но хотел, чтобы она была в безопасности, пока не разберусь с ее отцом и парнем, который приехал с ним.
— Ты думаешь, они знают, где она?
— Нет. — Я пожимаю плечами. — Но ты же знаешь подобные места. У них есть связи в самых разных местах.
Он кивает.
— Местах, где нас знают. Думаю, нам никуда не деться от нашей фамилии.
— Нет, — вздыхаю я. — Маковые поля и опиум давно исчезли, но люди помнят, что мы делали, что делала наша семья. Наши корни все еще здесь, в лесах и лощинах. Земля не забывает, и люди тоже.
— Они помнят, что мы сделаем, если кто-нибудь вздумает нас предать. — Он встречает мой пристальный взгляд, и его глаза становятся серьезными. — Они знают, кто мы.
Я не могу с этим поспорить. Когда наших родителей предал их ближайший союзник, они убили нашу мать. Мы с Ривом отомстили за это, спалив две враждующие семьи. После этого мы решили жить законно. С тех пор я был отрезан от мира, пока не понял, что, возможно, мне не помешало бы немного цивилизации. Теперь я думаю, что, возможно, это просто судьба привела меня к Орхидее. Звучит слащаво, но это единственный способ объяснить нашу мгновенную связь.
Дверь в мою спальню открывается, и выходит Орхидея. Теперь она одета — ну, по крайней мере, настолько, чтобы я не ударил Рива по глазам.
— Привет. — Она спешит ко мне, и я сажаю ее к себе на колени.
— Орхидея, это Рив. Мой младший брат.
— О, у тебя есть брат? — она лучезарно улыбается. — Так приятно с тобой познакомиться!
Я чувствую, как она протягивает руку, но не отпускаю ее, прижимая к себе.
Рив, кажется, замечает это и пытается скрыть смешок.
— Я тоже рад познакомиться. Просто заехал поздороваться со своим давно потерянным братом. Мне, наверное, пора.
— Что? Нет! — она извивается у меня на коленях, что бесконечно радует мою эрекцию. — Ты должен остаться.
Рив переводит взгляд на меня, а затем с ехидной ухмылкой, которую он всегда показывал мне, говорит:
— Ты права. Я мог бы задержаться на пару дней. Наверстать упущенное, да? Верно, Салли?
Я думаю о том, чтобы свернуть ему шею, и удивляюсь, почему не дал ему подзатыльник раньше. Полагаю, мне придется жить с этим сожалением, потому что Орхидея с теплотой в голосе говорит:
— Теперь тебе придется рассказать мне все пикантные секреты Салли!
Улыбка Рива становится еще шире.
— С удовольствием.
Я встаю, подхватываю Орхидею на руки и несу в свою спальню.
— Салли! — выдыхает она.
— Никаких пикантных секретов, Лепесток. — Я прижимаюсь губами к ее уху. — Но я хочу снова попробовать твой сочный секрет.
Она визжит, когда я выношу ее за дверь и захлопываю ее за собой, Рив смеется в гостиной, когда я кладу ее на кровать.
Глава 18
Орхидея
— Что ты делаешь? — я начинаю садиться на кровати, но Салли наваливается на меня всем телом. В считанные секунды я оказываюсь обнаженной. Моя одежда разорвана в клочья и разбросана по полу. Он с легкостью порвал этот материал. Я совсем забыла о пикантных секретах, которые планировала вытянуть из его брата.
— Думаю, ты понимаешь, что я делаю, Лепесток. — Я наблюдаю, как он снимает рубашку через голову и отбрасывает ее в сторону. Не думаю, что я когда-нибудь привыкну видеть его таким. Все мое внимание сейчас сосредоточено на гигантском члене Салли. Этот мужчина действительно пропорционален. Я никогда не была сильна в математике, но не уверена, что это сработает.
— Я...