Ее глаза расширяются.
Черт. Я сказал слишком много. Черт, за последние десять минут я сказал ей больше, чем кому-либо с тех пор, как переехал в город. Она делает это со мной, вытаскивает меня из моей скорлупы.
— Иди в дом, Лепесток. Я посторожу здесь. Запри двери, и у тебя есть мой номер. Напиши, если что-нибудь случится — если услышишь шум, испугаешься, или если что-то заставит тебя волноваться. Я живу прямо по соседству.
— Хорошо. — Она делает глубокий вдох, затем медленно высвобождает свою руку из моей хватки.
Мне требуется большая сила воли, чтобы не вцепиться в нее крепче, но я вынужден отпустить ее.
Она открывает дверь и проскальзывает внутрь.
— Спокойной ночи, Салли.
— Спокойной ночи, Орхидея.
Она закрывает дверь, и я жду, когда она щелкнет замком, прежде чем вытащить ее велосипед из своего грузовика.
После чего отправляюсь к себе и варю кофе. В конце концов, мне предстоит долгая ночь наблюдений и ожидания. Эти парни не из тех, кто сдается... Но и я тоже.
Глава 5
Орхидея
Я наблюдаю, как Орион постоянно ходит вокруг меня и трется о мои ноги. Клянусь, временами он чувствует мое настроение. Только когда покинула ту землю и церковь моего отца, я поняла, что существуют и другие веры. Мой первый мобильный телефон отправил меня в кроличью нору, из которой я до сих пор порой не могу выбраться.
Существует так много разных вероисповеданий. В реальном мире у людей есть возможность верить в то, во что они хотят, и интерпретировать вещи по-разному. Честно говоря, сначала я была немного шокирована всем этим.
Это оказалось непросто осознать и переварить. Я так долго верила в то, что внушал мне мой отец. Мне потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к тому, что у меня есть свобода воли. Меня всегда больше всего привлекала мать-природа. Она кажется самой могущественной, но мне также нравятся греческие боги.
Когда всего через два дня после того, как я сняла это жилье, на пороге моего дома появился пушистый, очень красивый белый кот с дохлой мышью в зубах, я поняла, что его зовут Орион (прим. созвездие в области небесного экватора. Названо в честь охотника Ориона из древнегреческой мифологии). Он принес мне добычу, чтобы доказать, что будет не только жить здесь со мной, но и оправдывать свое имя.
Мне не слишком нравятся дохлые грызуны, которых он постоянно пытается мне принести, поэтому со временем я превратила его в домашнего кота. А это значит, что мы проводим много времени вместе, чтобы он был чем-то занят. Иногда я выпускаю его на задний двор или выгуливаю, но всегда на поводке. Знаю, что Орион считается отличным охотником, но, как и я, то, что ты родился в определенной среде, не означает, что мы должны быть такими. Мы можем измениться.
Разве нет?
Наклоняюсь, беру Ориона на руки и крепко прижимаю к себе. Я так привыкла спать с ним каждую ночь. Было бы трудно это изменить. Если это то, что я собираюсь сделать. Мой взгляд падает на сумку, которую стоит на кровати и уже наполовину собрана. Я действительно собираюсь бежать? Так будет всегда? Придется ли мне начинать все сначала каждый раз, когда меня найдут? Найду ли я себе место и начну ли обустраиваться, только чтобы у меня из-под ног снова выбили почву?
Я целую Ориона в макушку, прежде чем уложить его на кровать. Как бы сильно ни скучала по нему, я знаю, что еще больше буду скучать по Салли. Я едва знаю этого человека, но в нем есть что-то такое, что удерживает частичку меня, которая всегда будет принадлежать ему, независимо от того, где я окажусь.
Мои пальцы тянутся к ожерелью. Я надеваю кольцо на кончик безымянного пальца. Никогда раньше не надевала его на палец. Всегда мечтала, чтобы мужчина, за которого я однажды выйду замуж, сделал это, но не уверена, что это когда-нибудь случится. По крайней мере, не в этой реальности. И уж точно не в том случае, если мой отец или Джереми будут иметь какое-либо влияние на мое будущее. Я никогда не позволю им наложить лапу на это кольцо. Поэтому протягиваю руку и снимаю его, позволяя ему соскользнуть, а другой рукой ловлю его.
В нескольких коротких рассказах, которые я написала с помощью ноутбука, подаренного мне Дикси, когда она купила себе новый, каждый раз в конце я выхожу замуж за Салли. Знаю, что это всего лишь фантазия, но приятно мечтать о том, что однажды у меня будет свое собственное «долго и счастливо». Правда, об этом никто не узнает кроме меня и моего компьютера.
Полагаю, некоторые из тех людей на том сайте, где я их размещаю, тоже знают. Другие, как и я, выкладывают свои сексуальные фантазии. Мне так же весело писать о своих, как и читать чужие. Я и понятия не имела, что способна на такое, но после прочтения некоторых историй других людей моя собственная фантазия начала оживать.
Компьютеры не являются для меня чем-то совершенно чуждым. Отец всегда поручал мне вести его бухгалтерию, составлять всевозможные бланки и часто печатать его проповеди, когда он читал их передо мной в гостиной. На самом деле я довольно быстро научилась печатать. И считала везением, что мне позволили освоить какие-то навыки, помимо ведения домашнего хозяйства. У большинства живущих там женщин, имелись лишь такие навыки.
Стоит мне дотронуться кончиками пальцев до клавиатуры, как мысли о Салли заполняют мою голову, и на ум начинают приходить всевозможные греховные мысли. Сначала я представляла нас женатыми еще до того, как мы поцеловались. Потом, со временем, в моих рассказах стала появляться эта линия. Не знаю, как это — быть плохой и, как некоторые бы назвали, грешить с Салли до того, как он стал моим во всех отношениях. Но это заставляет мое тело болеть так, как в моих мечтах, а небольшая боль даже приветствуется.
— Салли позаботится о тебе, — говорю я Ориону.
Он наклоняет голову, его большие зеленые глаза смотрят на меня с доверием.
— Он даже купил тебе этот модный ошейник. — Орион не был его большим поклонником, но Салли поклялся, что он нужен ему для безопасности, поэтому я оставила его на нем. — Ладно, отлично, ты победил. Можешь поехать со мной, но мы собираемся делать плохие вещи, — предупреждаю я его, прежде чем запихнуть в сумку еще несколько вещей.