— Почти его. Я подкупил инспектора по строительству, чтобы тот, скажем так, немного преувеличил недостатки высотного здания, которое он использовал как залог для покупки участка. Когда сделка сорвалась, я влетел туда, купил участок, а потом добился, чтобы его высотку закрыли за грубейшие нарушения строительных норм. Он продал её за копейки, я тут же выкупил её у того покупателя и снёс бульдозером дотла. — Уголок моего рта дёргается в усмешке. — Хочешь знать, как называлось то здание?
— Как?
— Антонио.
— Ты холоднокровный сукин сын.
— Он не должен был угрожать моей матери.
— Ты как двенадцатилетний, знаешь? Вонючий, прыщавый, наглый сопляк, завёрнутый в слишком дорогую рождественскую упаковку.
Я смахиваю невидимую пылинку с рукава пиджака.
— Но одно я знаю точно — он захочет её вернуть. — Киллиан кивает в сторону хвоста фюзеляжа. — Она явно очень ценна для Карлоса, раз он позволил тебе уйти, лишь бы ты её не прикончил.
— Согласен. Меня это тоже удивило. Выясни о ней всё, что только можно — прямо сейчас.
— Уже. — Киллиан начинает подниматься, но я хватаю его за руку.
— Я имел в виду исследование с ноутбука. Не трогай её. Дай ей хоть минуту.
Он выгибает бровь. Киллиан почти ничего не пропускает.
Я отворачиваюсь.
— У неё была сумочка, — говорит он, открывая верхний багажный отсек. — Я снял её с неё перед тем, как связать.
Пока Киллиан достаёт чёрный Chanel с верхней полки, я краем сознания слышу недовольное бормотание сзади. Ругательства, хотя сквозь кляп разобрать слова почти невозможно.
Когда я открываю сумочку, первая мысль — как, чёрт возьми, женщины умудряются запихивать столько всего в такие крошечные сумки. Я передаю Киллиану её кошелёк, а сам начинаю перебирать остальные вещи.
— Её зовут Сабина Харт, — говорит он.
Сабина.
— Она живёт в Вегасе, донор органов, и — чёрт возьми — сегодня её день рождения.
Это заставляет меня насторожиться.
Киллиан усмехается. — Вау, какой ужасный день рождения.
— Сколько ей?
— Двадцать семь сегодня. Чёрт. Я бы поклялся, что она выглядит моложе.
Внутри меня всё сжимается. Я мог бы быть её отцом… и почему, чёрт возьми, эта мысль так сильно меня задевает?
Он продолжает. — Кредитка, ещё кредитка, дебетовая, карта Starbucks, карта спа, и… — Он хмурится. — Какая-то дисконтная карта из места под названием Titty Titty Bang Bang.
Я выхватываю розовую карточку и внимательно изучаю. Облегчение прокатывается по телу волной. Она не стриптизёрша… но от этого не становится менее сексуальной. Интересно.
— Это секс-шоп, — говорю я и бросаю карту обратно.
Киллиан многозначительно шевелит бровями.
— Прекрати.
Он смеётся. — Ладно, что ещё там у тебя?
Я начинаю выкладывать содержимое, делая вид, будто мы не копаемся в её сумочке с тем же больным интересом и восторгом, с каким ребёнок открывает рождественский чулок. Какой бы огромной ни была мужская самооценка, женщина всегда останется загадкой.
Один тюбик блеска для губ: Candy Apple. Один тюбик консилера. Зубная щётка (но без пасты — странно, зачем щётка без пасты?). Зубная нить (использованная — фу). Флакон духов с названием Revenge. Маленький пакетик мёдово-жареного арахиса. Упаковка жвачки с корицей. Горсть старых коричных мармеладок в виде маленьких красных мишек, прилипших ко дну. К ним приклеилась маленькая смятая записка. Почерк выцветший, едва читаемый. Там написано: «Деньги на обед на столе. У тебя всё получится. Люблю тебя. Мама». Я незаметно сую эту записку в карман.
Дальше — тампон. Я швыряю его Киллиану, как будто это тикающая бомба. Он морщится и отмахивается от него, словно от назойливой мухи, — тампон катится по проходу и останавливается рядом с её туфлей Louboutin. Мы оба старательно не смотрим назад.
И наконец — смартфон, естественно, заблокированный паролем.
— Хочешь, я поднесу его к её лицу и разблокирую? — спрашивает Киллиан.
— Нет. Я сказал — не трогай её.
Он смотрит на меня в упор.
Я шумно выдыхаю через нос.
— Ну что ж… — Киллиан откашлялся и снова переводит взгляд на водительские права в своей руке. — У меня есть с чего начать поиски. — Он хватает ноутбук. — Пять часов в запасе. Более чем достаточно.
— Нет, мы не возвращаемся в Нью-Йорк. Я не улечу отсюда, пока не получу тело своей жены и не накажу Карлоса как следует. Выясни, где он сейчас, свяжись с ним и передай, что я верну Сабину, как только он отдаст тело Валери.
— Адрес, с которого он отправил первое письмо, уже отключён, но я найду способ связаться. Когда мы его убьём?
— Дай мне самому это решить.