Выбрать главу

— Я поеду, — стоило Сэму повернуться к ней, как с лица пропала ехидная улыбка. — Спасибо, Сэм.

— Не нужно, — спустив на пол чемодан, Вуд покатила его к двери. — Можешь оставаться. Ты ведь этого хотела? Мужчину, который тебя не любит. Это твой предел.

Мара застыла на месте, смотря на свою соперницу. На губах у Селин была кривая усмешка, хоть в глазах стояли слёзы. Сэм до сих пор не понимал, что произошло. Но он точно знал, что совершил ошибку, показав Селин себя. Нет, он не боялся огласки. А вот то, что это раз и навсегда отвернуло от него Селин — это пробуждало в нем те чувства, которые Сэм испытывал редко. Страх.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты будешь жить с ним, делать вид, что всё хорошо, но засыпая рядом с ним, будешь помнить кого он действительно любит и хочет. Вот настолько ты жалкая.

— Селин, я совершенно не понимаю о чём ты, — Сэм подошел ближе, но та лишь возмущенно вздохнула. Достав ключи с сумочки, она оставила их в небольшом блюдечке, которое сама и купила специально.

— До завтра, мистер Райян.

Селин вышла из квартиры, волоча чемодан к лифту. Она больше не сдерживала слёз, ей казалось, что сейчас, стоит только дверцам лифта сойтись, она рухнет на пол и проваляется там до самого утра. Сэм догнал её уже возле машины, пока Селин пыталась запихнуть чемодан в багажник, захламленный всякой ерундой.

Захватив её руки в свои, Сэм изучал её лицо. Селин заходилась слезами, пытаясь вырваться из его рук. Она не хотела, чувствовать его, после того как он трогал другую женщину. Ещё в самом начале Селин говорила, что не потерпит других женщин в его жизни. Сэм убеждал её в том, что он верный.

— Что случилось?

— Что случилось? — возмутилась Вуд. — Случилось то, что ты не можешь удержать свой член в штанах.

— При чем здесь… Селин, объясни внятно!

— Я приехала к тебе, а двери мне открывает твоя бывшая жена…

— Она приехала, чтобы поговорить о Нейте, — тут же ответил Сэм, желая обнять Селин, но та лишь яростней выбивалась из его рук. Ей хотелось вцепится ему в лицо и расцарапать.

— Конечно, — протянула она, закатывая глаза, — ведь это обсуждают обычно без одежды. Иди к чёрту! Я ещё сидела, винила себя, что не осталась сегодня с тобой, заставила уехать. Думала бедный, ему ведь тяжело, а утешение пришло от любимой жены.

Сэму хотелось встряхнуть Селин, заставить прийти в себя, пока она не наговорила лишнего. И как бы ему сейчас не было неприятно слушать её слова, он не мог не радоваться. Селин не отвернулась от него, потому что он был оборотнем. Ему хотелось прямо сейчас расцеловать её от благодарности, но он знал, что сейчас Селин расценит это как что-то совершенно дикое и ужасное.

— Маленькая, ты правда думаешь, что я бы поступил так с тобой?

— Я думаю, что мои глаза видели всё. Поставь себя на моё место! Мы разъехались, ты решаешь приехать ко мне, а тебе дверь открывает мой полуголый бывший, а потом я выхожу из душа. Твои действия?

— Ты же знаешь, что я хочу быть только с тобой.

— Уходишь от ответа, Райян, — сложив руки на груди, Селин закатила глаза. — Потому что знаешь, что ты попался. Всего хорошего.

— Селин, ты прекрасно понимаешь, что я бы так никогда не поступил с тобой.

— Я увидела достаточно, — с этими словами, Селин села в машину. Сэм стоял не двигаясь, пока Вуд давила в себе желание наехать на него и пару раз для удовольствия прокатиться. Оставшись наедине с собой, она дала волю слезам. Как назло, по радио заиграла слезливая песня о неверности, и Селин сделала погромче, подпевая словам. Чёртов Мара Смит знал о чём пел. Мобильный, не переставая вибрировал, она не обращала внимания, понимая, что разговорами здесь не поможешь. У неё оставалось не больше двенадцати часов, чтобы она взяла себя в руки и завтра на работе вела себя, как профи. Селин не позволит чувствам взять вверх над её разумом.

Один раз позволила. Сдалась на милость Сэма. И что она получила? Разбитое сердце, а к утру ещё будет опухшее лицо от слёз. Она вырвет все чувства из своей груди, забудет о безграничном счастье, которое испытывала рядом с Райяном. И разве ради этого люди мечтают о любви? Чтобы потом сидеть в машине и заходиться плачем? К черту!