— Я… — она вздрогнула, только сейчас понимая, что сделала. Она не хотела навредить Селин таким образом, да, она её ненавидела, но никогда не опустилась бы до убийства. Лишь произнося вслух, то, что сотворила, она поняла, какую беду накликала, какой грех брала и никогда не расплатится с ним. — Я… О, Боже! Одри, что мне делать?
Взяв подругу за руки, она повела её к дивану, стоящему посреди гостиной, и усадила. Одри молчала, ожидая, когда Мара сама заговорит, но та лишь начала заходиться плачем, она почти выла от ужаса, которому была причиной.
— Откуда ты знаешь, что Селин беременна? — не выдержав молчания, заговорила Одри.
— Волчий аконит бы не подействовал на неё, если бы не была.
— Что? Ты совсем двинулась головой? — охнула Одри, не веря своим ушам. — Твою мать! Мара!
Внезапно рядом с ними появился Джон, схвативший Саманту за плечи, он встряхнул её, злобно смотря в глаза. Увидев чужую машину во дворе, он зашел в дом без единого звука и видимо не зря. Звонкая пощечина прошлась по щеке, но Мара безразлично смотрела на Джона. Она рухнула на диван, закрывая лицо ладонями. Она не хотела становится убийцей, особенно ни в чём не виноватого малыша.
— Волчий аконит предназначался для Сэма, — вновь заговорила Мара, — я подлила ему в виски. Яд должен был подействовать через несколько часов, но видимо выпила его Селин. Плод маленький и он подействовал почти мгновенно…
— Я убью тебя, — закричала Одри, желая вгрызться ей в глотку и растерзать прямо здесь. — Господи, я защищала тебя, а ты хотела убить Сэма!
— Звони Конраду, — отозвался Джон, буравя взглядом Мара, не позволяя ей шелохнутся. — Спроси, что делать.
* * *
Это был пятый день, как Селин не открывала глаза. Остановок сердца больше не было, поэтому её перевели в палату и теперь её можно было навещать. Сэм научился разговаривать, не ожидая ответа. Он не выпускал её руки, ожидая малейшего шевеления кончиков пальцев. Сэм был похож на безумца. Кое-как Райяны уговорили его уехать домой, чтобы переодеться и принять душ. Сэма не было в больнице не больше часа. Врач, который был закреплен за Селин, убеждал его покинуть палату, но Сэм не сдавался.
— Нейт постоянно спрашивает о тебе, — прошептал Сэм, утыкаясь лбом в её ладонь. Ему казалась она невероятно холодной, поэтому он старался согреть её своим теплом. Привычная для него одежда теперь больше на размер. — Хочешь привезу его? Он был бы рад увидеть тебя.
Сэм оставил мягкий поцелуй на её запястье, вновь закрывая глаза. Он даже не заметил, как заснул, пока не почувствовал крепкую ладонь на своём плече. Вяло повернувшись, он увидел стоящего рядом Конрада, который внимательно смотрел на него. Достав из кармана небольшую колбочку, он показал её внуку.
— Что это?
— Противоядие, — спокойно сказал Конрад, — Селин в этом состоянии из-за аконита.
— Какой к чёрту аконит? Она в таком состоянии из-за моего ребенка внутри неё, — процедил Сэм, буравя взглядом деда. Он никогда не позволял себе говорить со старшим на повышенных тонах, но слушать бред про аконит не был намерен. — Откуда взяться акониту?
— Сэм, — Конрад спокойно оглядел внука, раскрывая колбочку, пока обходил койку, на которой лежала Селин. — Я сделал отвар из трав, которые нейтрализуют действие аконита.
Сэм лишь махнул рукой, вновь зарывшись носом в её ладонь. Ему хотелось скулить и выть от боли и страха потери любимого человека. Только сейчас он понимал, как мало успел сделать для неё — он ни разу не дарил ей цветы, не водил в кино и ещё много чего приходило в его голову, к его сожалению, только сейчас.
Поднеся к губам раскрытую колбу, Конрад вылил содержимое в её рот, а затем спрятал в карман. Он надеялся, что это поможет. Если всё, что ему сказала Мара — правда, то это спасёт Селин. Конрад не хотел рассказывать Сэму об участие бывшей жены в произошедшем, хотя бы до того момента, как Селин поправиться. Его внук в отчаянии мог натворить всё, что угодно.
— Она сильная девочка, Сэм, — Конрад направился к выходу, — будет достойной Луной нашей стаи. Ах, да… — он достал из кармана небольшой мешочек, после чего передал в руки внуку. Последний раскрыл его, как только дед вышел из палаты. Это была подвеска его бабушки. Необработанный лунный камень в серебре. Сэм дрожащими руками вложил его в ладонь Селин. Он обязательно наденет его на её шею, когда все эти чертовы трубки, поддерживающие её жизнь, исчезнут.