— Джейкоб, — угрожающий голос, звучал так мягко, будто был соткан из самого вкусного мёда. Лея почувствовала, как её сердце забилось от волнения и подняв глаза, смотрела на широкие плечи, которые закрывали её от двух идиотов, что успели «повеселиться» с ней. От него исходил пьянящий запах и Лея знала, что перед ней стоял Альфа. Это просто было невозможно не почувствовать, вот только те чувства, что он вызывал у неё, пугали намного сильнее. Она не боялась, на подсознательном уровне знала, что он защитит её, убережёт. — Какого хера здесь происходит? Кем ты себя возомнил?
Лея рассматривала его профиль, как он от злости сжал челюсти, сверля взглядом её обидчиков. Сердце трепетало и прежде, чем осознать, что она делает, она встала за его спиной. Её волчица выла от волнения.
— Они собирались меня изнасиловать, — недовольно произнесла она и когда встретилась взглядом с Альфой, замерла на месте. Весь мир уменьшился до них двоих. Лея попятилась назад, боясь себе признаться, что её худший кошмар случился. Её враг — её пара.
Альфа коснулся пальцем разбитой губы, вытирая уже алую кровь и в его глазах вспыхнул огонь. Он убьет их. Она это знала. Лея поморщилась от его прикосновения к щеке, по которой ударили, и она не смогла бы точно сказать от чего — от боли или отвращения к собственной паре.
— Коул, — он повернул голову к высокому мужчине, застывшему на пороге, — проведи их в соседнюю комнату и не делай ничего, пока я не вернусь.
В глазах мужчины застыл вопрос, но он не смел перечить Альфе на глазах у остальных. Лишь кивнув, Коул прошел внутрь, пока Теренс приобняв Лею за плечи, выводил её из подвала. Она вырвалась из его рук, злобно смотря в его сторону. Это была не та встреча. Он слышал о красоте девчонки и хотел поговорить с ней с глазу на глаз. Её отец был неприступным Альфой, принципиальным и Теренс хотел, чтобы они присоединились к их стае. Он бы отдал ему Северную Дакоту, но Райян был слишком непреклонным. Он не хотел уезжать.
— Прости, — тихо сказал Теренс, от чего Лея усмехнулась, вряд ли с его губ часто слетали эти слова. Он завел её в просторную комнату, а затем усадил на кровать. — Господи, я оторву им руки.
— Они действовали по твоему приказу, — холодно напомнила Лея, отталкивая мужскую руку от своего лица. — Господи, как я тебя ненавижу. Тебя и твою стаю, которая испортила мою жизнь.
— Лея, — Теренс улыбнулся и хоть она пыталась злиться на него, не могла. Вот о чём она и твердила! Женщины становятся рабынями своих волков. Из-за одной крохотной улыбки, она была готова простить месяц жизни в страхе и нервах. — Это жизнь. Территории не завоевываются с помощью цветочков и добрых слов.
— Такие как ты, Теренс, заслуживают смерти в одиночестве в комнате, наполненной деньгами, ведь ради этого всё? Ради денег и влияния? Подавись им, — последнее она выкрикнула в его лицо, а затем встала с кровати, подходя к окну. Вряд ли кто-то в жизни позволял себе так разговаривать с ним, а тем более женщина. — Что ты будешь делать? Насиловать меня? Держать в плену? Морить голодом? А я сбегу, а потом вернусь и спущу в тебя столько пуль, сколько ты нанес мне оскорблений.
Теренс рассмеялся, слушая её пламенную речь. Когда Райян отказался отдать ему дочь в жёны, Теренс испытал облегчение, ведь ему проще было убить их всех, чем стараться решить мирным путём, но эта девочка станет самым главным испытанием в его жизни. Он видел самок, когда они находили пару в их глазах, было столько покорности, но в этой не было ничего подобного ни на грамм.
— Я понимаю, что ты молода, но откуда такая бурная фантазия? — Теренс сел в кресло, вальяжно раскинувшись и посмотрел в её красивое лицо. Он никогда не видел более красивой девушки (а в его жизни их было много) и это точно не из-за того, что она была парой. — Мне не нужно тебя насиловать, сладкая, потому что ты сама ко мне придешь. Рано или поздно, а я умею быть терпеливым.
— Ждать будешь очень долго, — Лея закатила глаза, её телефон завибрировал и достав телефон из кармана, она увидела имя на дисплее. — Да, папочка.
Теренс сидел неподвижно, смотря внимательно на её ноги и округлые бедра, от которых внутри него просыпалось желание. Его радовало, что его пара не была тощей, она точно сможет выносить ему много здоровых детей.
— Где я? В гостях у Теренса, — сказала она, чем вызвала у него ухмылку. Она выплюнула его имя, как самое главное ругательство в мире. Плохая девочка. — О, он очень мил со мной. Ты представляешь, скоро мы пойдем пить чай и обсуждать погоду. Прости, пап.