- Почему нечего? Захотел и ушёл!
- Татьяна тебе этого никогда не простит.
- Пусть не прощает.
- Егор, ты дурак, что ли? Я же сказал, она сама попросила тебе позвонить. Значит, есть шанс. Подумай сам: если у тебя с ней сладится, ты будешь в шоколаде: гарантирована престижная работа, поездки за границу. Ты станешь человеком, вылезешь из нищеты. Будешь издавать книги с долбаными стихами. Поверь, у неё хватит денег сделать тебя знаменитым. Ну, что ты всё молчишь?
- Не знаю, что сказать.
- Что ты за человек! Для чего ты живёшь? Какая у тебя цель? Егор, хватит валять дурака. Немедленно звони Татьяне! Беги к ней, падай на колени, делай, что хочешь, но ты должен вымолить у неё прощение! Иначе, Татьяна вычеркнет тебя из своей жизни.
- Пусть вычёркивает, - сказал Лялин и повесил трубку.
* * *
После всего, рассчитывать Лялину на сестру Вовчика в плане трудоустройства не приходилось. Нужно было действовать самому. Но, пока что, Лялин предпочитал сидеть дома. Игру в "маленьких человечков" он забросил. Стихи, как всегда, не писались. Книжки не читались. Идти никуда не хотелось, главным образом, по причине отсутствия денег. Да и не с кем было: поскольку отношения с Вовчиком он считал разорванными окончательно и бесповоротно. Оставалось одно - спать или тупо лежать, вперив в потолок уставшие от телевизора, глаза.
Однажды днём зазвонил телефон. Это мог быть только Вовчик. Лялин обрадовался, но трубку взял не сразу.
- Алло, слушаю вас, - сказал Лялин недовольным голосом человека, которого оторвали от важного дела.
- Здравствуйте, это я. Вы можете сейчас говорить?
- Могу, а кто это? - спросил Лялин.
- Неужели не узнали? Это я - Оля Барсукова,- удивлённо обиделась девушка.- Вчера я вернулась из Парижа. Мы там с Марком Наумовичем Блидманом проводили опрос читателей газеты "Известия". Мне сказали, что вы уволились из ИСИ. Это правда?
- Что тут такого?
- Жаль. Вы, наверное, сильно переживаете?
- С чего вы взяли?! Я сам принял решение уйти. Работать с вашим Блидманом - себя не уважать. И потом, мне предложили интересную работу, - соврал Лялин, тут же разозлившись на себя: врать человеку, который ничего для тебя не значит - верх бессмысленности!
- Оля, вы звоните по делу или просто так? - холодно поинтересовался Лялин.
- По делу. Хочу с вами встретиться.
- Что?!!
- Если вы сегодня заняты, то...
- Послушайте, Оля, только не обижайтесь, но вам-то это зачем?
- Не знаю, но мне нужно вас увидеть.
Лялин задумался: более непосредственной девушки, чем Оля Барсукова, он в жизни не встречал. По крайней мере, он, мужчина, не смог бы понравившейся девушке вот так, запросто заявить о желании её увидеть.
- Конечно, если вы не хотите, - сказала Оля Барсукова, - то...
- Вообще-то я занят.
- Жаль.
- Постойте. Я приду...
* * *
На встречу Лялин опоздал. Опоздал намеренно, чтобы показать Оле Барсуковой, как мало она значит для него, чтобы сразу расставить все точки над "и" и потребовать - не искать с ним более встреч.
Каково же было его удивление, когда на месте, на платформе станции метро "Китай-город" у последнего вагона из центра Оли её не оказалось. "Глупая девчонка играется в свиданку!" - разозлился Лялин.- "Пусть только явится, я ей всё скажу! Какая наглость - тратить понапрасну чужое время!".
Лялин мерял шагами перрон туда-сюда. Судя по времени, было ясно, что Оля Барсукова не придёт. Уйти Лялин не мог: столь огромно было желание "выпустить пар" на голову безответственной Оли Барсуковой.
Нет, Лялин не сердился, он был натурально взбешён! Он чувствовал себя полным идиотом - над ним пошутили, а он принял всё за чистую монету! "Сидит она где-нибудь с Мариной Цыгановой и со своим Василием и смеётся - "обманули старика на четыре кулака". Ай-я-яй, как стыдно-то!" - думал Лялин.
Когда он всё же решился уйти, из-за ближайшей колонны показалась Оля Барсукова. Увидев её, Лялин укрепился в желании "выплеснуться и разойтись, как в море корабли".
- Простите, опоздала, но я была уверена, что Вы не придёте, - с ходу заявила девушка.
- Почему же вы так решили?
- Так, сама не знаю почему. Но Вы пришли, и я ужасно этому рада. Куда пойдём?
Подступая к решительному объяснению, Лялин строго посмотрел девушке прямо в глаза и ... обмяк: её глаза светились неподдельной радостью и именно оттого, что он здесь, рядом с ней, и что сегодняшний вечер они проведут вместе!
У Лялина не хватило духу огорчить восторженное создание. В этот миг у него родился чудесный поэтический образ: нежный полевой цветок и мужчина, проходящий мимо по дороге; жизнь прекрасного цветка целиком зависит от мужчины: захочет - сорвёт и погубит, захочет - пощадит; беззащитный цветок - это Оля Барсукова, а мужчина, естественно, он, Лялин. Заново почувствовав себя поэтом, на радостях Лялин пригласил Олю Барсукову в кино.
- Вот, здорово! Сто лет не была в кино! - захлопала в ладоши девушка.
В который раз непосредственность девушки удивила и покорила Лялина. В отличие от него, Оля, видимо, была совершенно не способна на лукавство и обман даже в мелочах.
Памятуя о необходимости экономить наличные средства, предложил пешком прогуляться до кинотеатра "Художественный" на Новом Арбате. Оля с радостью согласилась. Они направились к эскалатору на выход.
Часть 5. Точка перехода
Оля Барсукова первой зашла на движущуюся ленту эскалатора. Лялин, пропустив одну ступеньку, встал за ней.
Девушка повернулась к нему лицом, и на подъёме их лица оказались на одном уровне и глаза их встретились...
Лялин услышал звук, будто где-то рядом щёлкнули электрическим выключателем, и тотчас над ним загорелся не яркий, но особенный свет, в лучах которого он не сразу узнал свою спутницу - настолько прекрасной она ему показалась. Произошло нечто необъяснимое, в результате чего Лялин стал видеть и чувствовать Олю Барсукову по-другому: иначе, чем секунду назад или, точнее, до щелчка.
- Как же раньше я этого не замечал?! - вместе со стоном вырвалось у Лялина.
На прекрасном лице Оли не дрогнула ни одна жилка, чего в принципе не могло быть, если бы эти невольные слова были произнесены им вслух. "Очевидно, я просто подумал об этом!" - сказал себе Лялин.
Оля улыбнулась, и улыбка её тоже стала другой: она будто говорила - "вот и всё, теперь ты мой, и я могу делать с тобой всё, что захочу!".
От счастья у Лялин закружилась голова. Он чувствовал себя человеком, обрётшим, наконец, смысл своего существования. "Вот оно - счастье!" - ошарашено думал он.
Забыв обо всём на свете, Лялин вглядывался в лицо человека, вдруг ставшего ему родным и близким, до того родным и близким, что хотелось на месте, тут же, немедленно умереть за него. И вдруг, ни с того ни сего, ему показалось, что не успеет эскалатор довезти их до верха, как Оля Барсукова опомнится, рассмеётся ему в лицо и скажет, что она пошутила, и никуда с ним не пойдёт! Ему сделалось так страшно, что губы сами собой прошептали её имя, как мольбу о пощаде.
- Оля, Оленька!
- Не волнуйся, всё будет хорошо, - улыбнулась она.
Лялин мог дать голову на отсечение, что Оля понимала его состояние лучше, чем он сам. Из чего Лялин сделал вывод, что в жизненных вопросах Оля бесконечно мудрее его.
Лялин совсем расклеился. Он не мог, да, и не хотел замечать никого, кроме Оли. Как ребёнка, за руку она привела его в кинотеатр и усадила в кресло.
Начался фильм. Перед взором Лялина кадры проходили в виде бессмысленных световых пятен. Он дышал теплом сидевшего рядом с ним божества и был способен думать только об одном - о том, что с без этого человеком он не сможет прожить ни дня.