Последний вопрос добавил уже шепотом и, облегченно вздохнув при виде удалявшегося себя, устало опустился на стоявший поблизости стул.
– Хм, – задумчиво произнес спустя несколько минут.
Они были мне просто необходимы, чтобы привести голову в порядок и заставить себя мыслить рационально. После чего взглянул на видневшийся в вырезе платья собственный бюст.
– Интересно. И раз уж так получилось…
6
Два часа назад, выйдя из кабинета, я попросил сопроводить меня в выделенные для высокой гостьи с севера покои. На удивленные взгляды собственных советников гордо вздернул подбородок, как это всегда делала Роммия и, приподняв одну бровь, важно поинтересовался, долго ли еще ждать. Это подействовало, и мне тут же предоставили все необходимое.
Снова оставшись в желанном одиночестве, провел не меньше получаса перед зеркалом, рассматривая ту, кого, сколько себя помнил, всегда мечтал заполучить. Вдоволь налюбовавшись так неожиданно предоставленными мне в распоряжение женскими прелестями, решил в кои-то веки неспешно принять ванну, дождаться истинной владелицы этого тела, а заодно подумать, что же все-таки произошло.
Но мысли о последнем были быстро вытеснены воспоминаниями о самом длинном в моей жизни сне. Вы спросите, почему я до сих пор не ношусь по дворцу, охваченный паникой от всего случившегося. Все просто. Со мной это уже происходило. Во время болезни. Только тогда я действительно был женщиной. Той самой, в теле которой сейчас находился. Но с одной большой разницей. В том мире мы друг друга не знали. До определенного момента.
***
Как-то гуляя с подругой по городу, я заметила сидевшего на скамейке и читавшего книгу мужчину. Издалека ничего особенного, но стоило подойти ближе, и было уже невозможно оторвать от него взгляда. Высокий, хорошо сложенный, с прямыми, достававшими до плеч, густыми, аккуратно уложенными каштановыми волосами и глазами цвета весенней зелени. Где-то я его уже видела, только никак не могла вспомнить, где именно. А потом мы встретились у театра, где, как оказалось позже, он и работал.
Не в силах больше игнорировать моего внимания к себе, Александр первым подошел познакомиться. Завязалась невинная беседа, которая незаметно перешла в экскурсию за кулисы театра, а позже и в первое свидание. Потом еще одно и еще. А по истечении месяца этот идеальный во всех отношениях мужчина сделал мне предложение, от которого я просто не смогла отказаться.
***
Кажется, я задремал. Удобно устроившись на специально отведенной для сидения ступени огромного бассейна, раскинув руки и окончательно расслабившись от благовоний, добавленных в воду, очнулся, только когда услышал приказ, отданный слугам собственным голосом:
– Все вон!
Владельца голоса заметить было нетрудно, поскольку он, а точнее она, направлялась прямо ко мне. Не сбавляя скорости даже после того, как спустилась по каменной лестнице в воду, и не обращая внимания на мокрые шаровары, Роммия продолжала приближаться.
Стоило нашим губам встретиться в так неудачно прерванном сегодня днем танце, как суета разбегавшейся в разные стороны прислуги перестала иметь значение.
– Отпусти, – потребовала северная королева, предприняв слабую попытку оттолкнуть меня, как только нам удалось возвратить свои тела обратно.
– Никогда, – выдохнул ей в лицо и, обняв крепче, вернул поцелуй.
– Твоя жена… – попыталась отвлечь меня Роммия.
– Остается? – спросил, подхватывая ее на руки и садясь на уже успевшее полюбиться место.
– Да, но только как мать будущего правителя. Почему по ночам ты называл ее моим именем? – Подавшись чуть вперед и запрокинув голову назад, она все еще не оставляла слабые попытки оттолкнуть меня.
– Потому что всегда любил только тебя, – положил конец и этому бесполезному сопротивлению путем новой порции куда более требовательных поцелуев и ласк.
– Тогда чего ты до сих пор ждешь?
– Я жду? – произнес с иронией, по такому случаю даже прервавшись, чтобы заглянуть в глаза этой нахалке.
Но, не разглядев там ничего, кроме желания, быстро поднялся и, продолжая крепко удерживать свою ношу, направился с ней в спальню.