- Если любишь, поехали на море, – быстро проговорила Мила. – Но имей в виду, Андрей, что если ты откажешься, я поеду одна.
- У меня работа.
- Можно подумать, ты работаешь министром здравоохранения! – тут же вскинулась Милка. – А ничего, что я – тоже человек? И я хочу позагорать, расслабиться. Плевать я хотела на твоих больных! От тебя только и слышишь: “Нужно Семёновну перевести из реанимации в палату”, “Не забыть бы позвонить сыну Петра Ивановича, чтоб старика проведал”! Вообще-то, ты – хирург, а не нянька. С меня довольно, Давыдов! Ты понял?!
“- М-да, дело швах, – расстроилась я. – Если Милка назвала мужа по фамилии, значит, она в бешенстве, и теперь пойдёт на принцип. Да только Андрей тоже не слюнтяй. Доиграется Мила. Сколько раз я ей объясняла, что с мужчиной надо быть дипломатичнее. Всё без толку”.
Мои безрадостные мысли тут же подтвердились.
- Я долго терпел твои выходки, Люда, но это всё в прошлом. И уж тем более я не позволю, чтоб ты без меня поехала в отпуск. Это уже не семья, а чёрт знает что!
- Не позволишь?.. – переспросила Людмила. – Что ты мне сделаешь, если я уеду? Ну, давай, расскажи, Давыдов! Мне это так интересно!
- Разведусь, – коротко ответил Андрей.
“- Только не это! – мысленно простонала я, и начала массировать грудь в области сердца. – Мила без Андрея пропадёт. Он – на редкость порядочный человек, очень заботливый муж и, я уверена, будет прекрасным отцом. Кто ещё Милкины закидоны будет терпеть?”.
- Дурак, что ли? – голос дочери дрогнул. – А говорил, что любишь…
“- Похоже, до Милы что-то дошло, – подумала я с удовлетворением. – Дай-то бог! Не хотела бы я, чтоб дочь повторила мою судьбу и осталась одна. Женщина должна быть за мужем. Это и есть женское счастье”.
- Люблю, – подтвердил зять. – Но я хочу иметь нормальную семью, в которой муж – глава и добытчик, а жена занимается детьми и домом. Конечно, если захочет, жена может пойти работать. Главное, чтоб для женщины семья была на первом месте. И чтоб в семье были дети. Хотя бы двое.
- Ты ведь знаешь, что я не готова воспитывать детей, – запротестовала Мила. – По большому счёту, я сама ещё ребёнок.
- Ребёнок в 23 года?.. – в голосе зятя послышались усталость и горечь.
Тон, слова Андрея дочери очень не понравились. Людмила резко спросила:
- Короче, Давыдов: ты едешь со мной, или нет?
- Нет.
- Тогда я поеду одна! Чао какао!
Я и опомниться не успела, как Мила выбежала в прихожую. Увидев меня, она не смутилась, а на ходу бросила:
- Только не надо, мама, читать мне нотации! Я уже взрослая, и сама разберусь в своей жизни.
“- Теперь – взрослая?.. – я тихо вздохнула. – Хотя минуту назад называла себя ребёнком. И как с тобой, Милка, говорить о каких-то серьёзных вещах? Ты, как твой папаша, хочешь жить легко и весело. Стрекоза из басни Крылова тоже этого хотела, но закончила плохо”.
Я поднялась с пуфика и прошла в гостиную. Навстречу мне вышел Андрей. Увидев меня, он грустно улыбнулся.
- Привет, Тома! Ты уже дома? Не принимай близко к сердцу. Мы тут немного поспорили.
- Да, конечно, – кивнула я головой, а про себя машинально отметила, что зять обратился ко мне на “ты”. М-да, что бы это значило?
Нет, просто по имени Андрей называл меня с первых дней нашего знакомства. Я поначалу смущалась. Но Мила объяснила мне, что Андрей ездил по обмену студентами в США и жил в американской семье, где насмотрелся на их отношения, поэтому для него это нормально.
Со временем я к этому привыкла. И, что уж скрывать, теперь мне даже приятно, что Андрей зовёт меня по имени. Я себя так ощущаю моложе и даже красивее. Ведь пусть мне 43 года, но женского начала никто не отменял. А теперь зять перешёл на “ты”. Да уж, да уж.
- Ты за Милой идти собрался? – спросила я, когда Андрей помог мне занести продукты на кухню, а потом направился к дверям.
- Нет, главврач попросил сегодня ему ассистировать. У него тяжёлый пациент.