О том, что Людмила накануне говорила, что она ещё на море задержится, у меня спросонья вылетело из головы.
- Блин, какая скука, мамуля! Неужели и я, когда мне будет 40 с хвостиком, тоже буду жить, как ты? По режиму. Шаг вправо, шаг влево – расстрел. В десять вечера уже отбой. Вот умора!
“- Какие десять вечера? – я посмотрела на часы. – Вообще-то, сейчас уже три часа ночи!”, – но озвучивать свои мысли не стала. Милка начнёт спорить, а мне спатки дико хочется.
- Ты лучше скажи мне, доча, почему звонишь среди ночи? Всё остальное мы можем обсудить и завтра.
- Узнаю свою мамулечку! – Милка звонко расхохоталась и не могла остановиться. Я поняла, что дочка приняла лишнего на грудь. – Сразу быка за рога, ахаха!
- Мила, сейчас очень поздно. Я, правда, хочу спать. Может, если это не что-то срочное, мы с тобой, дружок, завтра созвонимся?
- Не-а, меня распирает, – капризно протянула Милка, и уточнила: Ты стоишь, мамуля, или сидишь?
- Стою. И, кстати, у меня уже начинают замерзать ноги.
- Тогда, мама, лучше сядь. Мне нужно рассказать тебе офигенную новость!
Я забралась с ногами в кресло. Вообще, я терпеть не могу такие вещи. Это однозначно моветон. Но у меня после того, как я выползла из-под тёплого одеяла, зуб на зуб от холода не попадал. Вроде бы лето на дворе, однако!..
В комнате было чуть приоткрыто окно, но этого уже хватило, чтоб замёрзнуть. Я, правда, не припомню, чтобы его открывала.
Наверное, Андрей так позаботился обо мне перед тем, как выйти из спальни. Благодаря этому я крепко заснула. Какой же у меня внимательный зять!
При мысли об Андрее мне неожиданно стало жарко. Низ живота скрутило. Я чуть не застонала во весь голос. Отбросив на ручку кресла халат, я села поудобнее, а ножки поджала под себя.
Стоило мне тесно сомкнуть бёдра, а пятками упереться в свою киску, как живот сразу утихомирился.
Ну да, понимаю, в мою киску давно ничего не входило. Вот она и разбушевалась. Однако я её обманула. Пятки-то тоже твёрдые...
- Ну вот и хорошо, Тома, - мысленно сказала я самой себе. - Ведь ты - правильная девочка. Просто после слов Оли тебя понесло немного не в ту сторону, и фантазия разыгралась. Но это скоро пройдёт. Андрей - твой зять, и этим всё сказано!
Успокоившись, я обратилась к Людмиле:
- Ну, давай, рассказывай. Только, пожалуйста, Мила, побыстрее!
- Ой, так неинтересно в спешке! Ты ничего, мама, не поймёшь, – капризно протянула Мила. – Наверное, мне и вправду лучше завтра тебе позвонить.
- Хорошо, доча, – я уже хотела попрощаться, как Милка меня огорошила:
- Ладно, так и быть, скажу. Мама, можешь меня поздравить: я выхожу замуж!
- Так ты уже замужем, – не поняла я спросонья.
- Это не то, мамуля! Я встретила здесь любовь всей моей жизни!
Весь сон с меня, как рукой, тотчас сняло!
- Т-ты хоч-чешь оставить Андрея?! – от Милкиной новости я начала чуть заикаться. – Мила, одумайся! Андрей тебя любит. И, вообще, он очень хороший человек! Сама подумай, ну где ещё ты найдёшь себе такого мужа, который будет носить тебя на руках?
Конечно, перед отъездом Милы на море Андрей уже озвучивал мысль о разводе. Но у меня это не укладывается в голове. Ладно бы, молодые разошлись через год или два после свадьбы.
Однако они живут вместе уже четыре года. Значит, любят друг друга! Ну, во всяком случае, что-то же их держало всё это время. Иначе разбежались бы ещё раньше.
Хорошо, пусть любовь у них прошла, но осталась привязанность. А ведь это также очень важно и ценно в нашем холодном мире, где каждый сам за себя.
Опять же, Андрей – мужчина, просто созданный для семейной жизни. Людмила – молодая и глупая, не понимает своего счастья.
Дочь упорно не хочет принять, что период ухаживания – это одно, а семья – совсем другое. В семье у каждого появляются свои обязанности. И нужно их выполнять, чтобы в один, не самый лучший день, не остаться у разбитого корыта.
Нужно сообща решать бытовые вопросы, а не скандалить из-за мелочей. Потому что легко вступить в брак, но намного труднее сохранить отношения. А сохранять их надо. Перебежки от одного партнёра к другому до добра не доведут. К сожалению, Мила этого не понимает.