— Мы теперь вместе! — перебил её я, воспользовавшись паузой. — Даже если всё происходит, как ты говоришь, пусть это чистое безумие, мне всё равно! Так или иначе, мы здесь, любим друг друга и можем быть счастливы, — я замолк, потому что увидел, как она отрицательно качает головой. – Нет? Но почему?
— Ты не понимаешь. Из этого мира меня тоже вскоре выдернет. И тоже против воли. В последнее время я нигде не задерживаюсь дольше, чем на год… Для тебя однажды я просто исчезну. Мы оба будем страдать куда сильнее, чем сейчас. Представь только, ты останешься здесь без меня, а я снова перемещусь в незнакомый мир и буду плакать одна в чужом месте. Тебя не окажется рядом… Жить ещё миллионы лет с такой болью в груди, не зная, встретимся ли мы снова, я не хочу.
— Но я буду рядом! — я крепко её обнял. — Всегда буду, клянусь! Ведь я уже знаю правду о тебе, нас больше никто не разлучит — ни космос, ни тёмные силы, если таковые существуют.
— Как ты сдержишь своё обещание? Даже я не имею понятия, где в следующий раз мне доведётся проснуться, и кто будет рядом. Как ты можешь это знать?
— Давай проснёмся вместе!
— Как это? — удивилась она.
— Очень просто. Если однажды ты сумела это сделать, почему не смогу я? Тебе страшно просыпаться одной? Что ж, давай просыпаться вместе!
Она широко распахнула свои чистые глаза.
— Неужели ты в самом деле хочешь разделить мою судьбу? Стать, как и я, вечной вселенской ошибкой, путником, не имеющим дома, странствующим в никуда?
— Вместе с тобой мне ничего не страшно.
— Тогда закрой глаза и повторяй за мной, и верь в сказанное всем сердцем: «Это сон, я сейчас проснусь. Это просто сон. Я проснусь вместе с Амандой! Вместе с Амандой…»
Я закрыл глаза, чувствуя в ладонях тепло её рук, и повторял сотни раз, как она просила, и я верил всем сердцем, действительно верил! Но ничего не произошло. В отчаянии я ударил кулаком по столу, уронил голову на руки и разрыдался. Она тихо обняла меня сзади за плечи.
— Не надо. Не плачь. Я знала, что такое дважды не происходит. Это и не могло получиться. Космос не глуп. Однажды совершив ошибку, он её больше не повторяет.
Я обречённо молчал, стараясь загнать слёзы глубже внутрь. Наконец, мне удалось еле слышно выдавить:
— Ты покинешь меня?
— Так будет лучше. Мне следует уйти прямо сейчас. Потом будет намного труднее, поверь. И даже если мне будет дано остаться здесь больше, чем на год… Я не выдержу такого: снова поверить в лучшее, завести с тобой семью и вдруг однажды утром просто исчезнуть, потеряв тебя. При одной мысли об этом всё внутри сжимается! Ты как никто другой можешь меня понять: жить с мечом, постоянно висящим над головой, и каждую минуту помнить о нём, невыносимо больно и страшно.
— Да, знаю. Но как прекратить это?
— Только ты можешь вернуть мне желанную свободу, — призналась она.
— Я?
— Конечно. Этот узел был завязан много миллионов лет назад, когда моя любовь к тебе заставила меня путешествовать в зеркальном мире против моей воли. Жить вечно и быть вечно молодой — это на самом деле не счастье, а проклятие. Я думаю, если ты сумеешь сейчас отпустить меня, мой кошмар закончится. Прошу, любимый, подари мне свободу! Я хочу, чтобы для меня все эти сны завершились. Я сама этого хочу.
Но я стоял, упрямо сжав губы, не спеша отвечать ей.
— Пожалуйста! — она приблизилась ко мне и взяла мои ладони в свои. — Прошу, не совершай той ошибки, что совершила я. Разожми руку, выпусти звезду. Она не твоя. Она ничья.
Что-то в её голосе заставило моё сердце дрогнуть и оттаять от нахлынувшей боли.
— Я отпускаю тебя, моя Аманда. Я не хочу, чтобы ты страдала. Но как я узнаю, что тебе удалось освободиться?