Тимофей ничего ему не ответил, потому что уже ступил в мутную, грязную и покрытую тиной воду. Всего четыре шага понадобилось парню, чтобы сорвать три камыша.
– Надеюсь, что этого ей хватит. – Произнёс он тихо.
Прошло восемь лет
Глафира стояла у зеркала и смотрела на своё красивое длинное платье персикового цвета. Волосы были распущены и завиты красивыми локонами. Сегодня девушке исполнялось восемнадцать лет. С нетерпением она ждала этот день вот уже восемь лет. С того самого дня, как впервые открыла входную дверь, за порогом которой стоял Тимофей Савченко с камышами.
– Этого достачно? – спросил он удивлённо смотревшую на него девочку. – Видел утром, как ты расстроилась из-за них и конкурса. – Он протянул ей цветы. Глаша сглотнув ком, поблагодарила.
– Только вот не надо никаких претензионных писем, Глафира Станиславовна, – подмигнув ей, добавил: – вдруг он просто искал твоего внимания.
Тем осенним вечером в маленьком сердечке Глаши поселилась любовь. Следущем вечером за ужином родители и брат с подозрением смотрели на притихшую, задумчивую Глафиру, переглядываясь между собой. Девочка витала в облаках и ковыряла вилкой макароны с раскрошенной котлетой.
Первой не выдержала Алина.
– Глаша, как ты себя чувствуешь? – Спросила она дочь. – Может, заболела?
– Нет, мам, всё в порядке. – ответила она, не поднимая глаз от тарелки. – Просто влюбилась.
Глеб, поперхнувшись, выплюнул макароны на футболку отца.
Станислав в свойственной ему манере поинтересовался:
– И кто же у нас зять? – Внимательно смотрел на дочь, такими же голубыми глазами, как у неё.
– Красивый мужчина. – Последовал тихий ответ.
– Ну, если красивый, тогда ладно. – пошутил он в ответ.
Только через несколько дней они узнали, по кому вздыхает Глаша.
Возвращаясь из Северца, где они проводили выходные всей семьёй. Поднимаясь по лестнице, им навстречу спускался Тимофей. Он вежливо поздоровался с родителями Глаши и, снова подмигнув, ей произнёс:
– Привет, Глафира Станиславовна. Видел, что на конкурсе ты получила первое место. Поздравляю, девочка.
Девочка покраснела и лишь кивнула в ответ, помчалась домой.
Весь вечер Глеб над ней подтрунивал:
– Глашка, ты думаешь, он дождётся, пока ты вырастишь? – Смеялся он. – Он уже к тому времени женат будет. И как минимум у него один ребёнок родится.
Даже родители посмеивались, правда, ничего не говорили. Не выдержав шуток брата, она выкрикнула:
– Это мы ещё посмотрим! – Умчалась в свою комнату.
Но девочка хорошо расслышала, как папа сказал:
– Вырасти сначала.
Позже семья Рубиных сдружились с семьёй Савченко, и они нередко отмечали праздники вместе. И даже ездили в Северец семьями. Глафира была счастлива. Ведь в такие моменты она могла больше находиться в обществе Тимофея.
Сегодня, в день рождения она хотела предъявить Тиму документ.
Глафира мысленно рассмеялась. Вспоминая, как на день рождения брата она попросила подвыпившего парня подписать чистый лист бумаги. Девушка была уверена, что он даже не помнит об этом.
– Пришло, Тимка, время твоей расплаты. – Улыбнулась она отражению в зеркале. – Это будет мой самый лучший подарок на день рождения, который я получала.
Праздник на семейном совете было решено отмечать в кафе «Алиска». Родители постарались на славу. Папа ей пообещал сделать самые лучшие фотографии. А дядя Ярослав с тётей Вероникой приготовили самый большой торт, словно их племянница выходила замуж.
Девушка принимала поздравления, но с замиранием сердца ждала прихода семьи Савченко. Гости не заставили себя долго ждать. Первым вошли тётя Вика с дядей Виталием, а следом за ними и Тим с огромным букетом сиреневых роз.
При виде Тимофея Глашины глаза засияли счастьем, а губы сами собой – лучезарной улыбкой. Сердце девушки замерло. Ведь теперь она уже выросла. Она больше не маленькая девочка и соседка снизу.