— Сделайте одолжение, присядьте. Не люблю, когда стоят над душой.
Олеся в очередной раз усомнилась в наличии у него оной, но все же села. Она смотрела на препода, не понимая, почему все девчонки с курса по нему пищат. Смазливенький, заносчивый тип, с раздутым эго и острым взглядом. Олеся представляла, как его глаза цепляются, словно крючки, к каждому написанному слову, и все сильнее нервничала.
— Олеся, вы вообще понимаете, что вы пишете? — наконец прервал молчание Андрей Леонидович.
Олеся шумно потянула воздух, собираясь соврать, но в последний момент передумала и зачем-то сказала правду.
— Нет.
— Оно и видно. Вы должны были вникнуть в предмет, а не заниматься водолитием. Это откровенная халтура, которую я не принимаю.
— Но… Андрей Леонидович, вы не можете его не принять, — беспомощно сказала Олеся, с ужасом глядя на препода. — У меня недостаточно баллов и…
— И у вас незачет, Олеся.
— Нет.
— Что значит «нет»? — Андрей Леонидович отъехал назад на стуле и усмехнулся. — Я преподаватель, так что это мне решать.
— Я посещала все занятия…
— Да вы что были тут, что не были! Тесты и самостоятельные вы завалили, реферат ваш только в помойку! Мало того, что вы не понимаете предмет, так вы даже не пытаетесь! И за это я ставлю вам незачет, Олеся. Потому что вы халтурщица. И нечего хлопать глазками, на мне это не сработает.
— Я не хлопаю глазками! — вспыхнула Олеся. — Я… я… мне никогда не ставили незачет.
— Ну тогда с почином, Минчик, — едко фыркнул Андрей Леонидович. — А теперь попрошу вас освободить аудиторию, у меня скоро начнется занятие. Я напишу вам по поводу пересдачи.
— Андрей Леонидович, можно я исправлю реферат. Пожалуйста?
Олеся ненавидела себя за то, как жалко и жалобно звучал ее голос. Было унизительно сидеть перед этим выскочкой и выпрашивать шанс исправить оценку. И все же другого выхода у нее не было.
— Не можно, Минчик, — отрезал препод, снова уткнувшись в комп. — До встречи на пересдаче.
***
— Душнила! Кому вообще нужна эта дурацкая информатика?!
Олеся бомбила вот уже пятнадцать минут, напрочь игнорируя тефтельки с подливкой, которые сиротливо лежали на тарелке, к которой она так и не притронулась.
— Вот сложно, что ли, просто поставить мне зачет и оставить в покое?
— Лесь, ну, успокойся, это всего лишь пересдача, а не конец света.
— Мир, если мать узнает, голову мне оторвет, — Леся с такой силой вцепилась в собственные волосы, что Мира испугалась, как бы она их не выдрала. — А что, если меня не допустят до экзаменов? Что тогда?
— Так, спокойно, — Мира сжала ее руку в своей. — Все будет хорошо. Он просто хочет, чтобы ты выучила хоть что-нибудь. Ты это можешь, ты же знаешь.
— Да не могу я, Мир, не могу! Я компьютерный дебил!
— Знаю. А еще я знаю, что ты можешь выучить все что угодно. Просто соберись и вызубри эти билеты так, чтобы отлетало, ему будет не к чему придраться. Впереди праздники, у тебя куча времени, ты справишься. Я, если что, помогу, — пообещала она, заглядывая подруге в глаза. — А теперь прекрати рвать на себе волосы и ешь уже свои тефтельки.
Олеся вяло потыкала вилкой в тефтель, а потом задумалась. Ей не нужна была никакая пересдача. Она же спать спокойно не сможет, пока этот говнюк не поставит ей в ведомость заветный зачет. Нужно было придумать хоть что-то, как-то вырулить эту дурацкую ситуацию…
— А если я облажаюсь на пересдаче?
Этого допускать было нельзя. Все, что угодно, лишь бы не давать матери очередной повод тыкать ее в то, что она плохо учится. И уж тем более не из-за какой-то вонючей информатики! Не для того она три года кроме пятерок ничего в зачетке не видела. Наверняка есть какой-то способ заставить Андрея Леонидовича сменить гнев на милость.
— Лесь, ты же умная, что-нибудь придумаешь.
Олеся подзависла, переваривая эти слова, а потом на лице у нее появилась хитрая ухмылка.
— А я уже, Мир. Поможешь?
— Ну да, я же обещала. А с чем помочь? Порешать тесты или…
— Никаких тестов, Мир. Я не буду изматывать себе нервы еще две недели — все решится сегодня.
И Олеся поделилась с Мирой своей идеей, от которой подруга была явно не в восторге, как и от своей роли в этой затее. Она только покачала головой и, сказав, что план — говно, согласилась поучаствовать. Олеся улыбнулась, подумав, что лучшие друзья на то и лучшие, что без лишних разговоров впишутся за тебя в любую мутную движуху.
Спустя полчаса она снова стояла у кабинета информатика. В этот раз внутри ничего не переворачивалось, наоборот, она была спокойна как удав. Почему-то Леся была свято уверена, что у нее все получится. А самым удивительным было то, что ее неугомонная совесть покладисто молчала, позволяя творить все, что придет в ее беспокойную голову.