— Я с тобой разговариваю, а?
Выдерживаю паузу, стараясь на проявлять никакой эмоции. Просто безразличие. Это лучшая «маска», которая бесит Макса.
— Я устала, — как можно равнодушнее говорю ему и кладу столовые приборы.
Макс отводит взгляд в тарелку, продолжая наслаждаться гребанным стейком. Вначале отрезает один кусок, потом второй . Пока мы пытаемся криво выяснить свои отношения, из подсобки выходит Тарас: одетый так же, как днем в университете. Он стремительным и размашистый шагом идет к выходу, даже не оглядываясь по сторонам. Я, как самый истинный партизан, демонстративно провожаю его взглядом. Макс это замечает быстро, и, в ту же секунду поворачивает голову, но… Тарас уже скрылся за дверьми.
— Кого ты там высматриваешь все?
— Твое благоразумие, — язвлю парню, сложив руки на груди.
— Я никогда не пойму женщин, — запивая стейк стаканом воды, Макс продолжил буравить меня своим пристальным взглядом.
— И не надо, — отвечаю ему. — Просто принимай нас такими.
Макс заострил взгляд на мне чуть дольше, чем всегда, словно пытался раскусить меня, но не дождавшись хоть каких-то эмоций, продолжил доедать свой ужин.
Минут через двадцать, Макс попросил счет и оставив чаевые, мы наконец-то вышли на улицу. Прохладный Питерский воздух опалил раскаленную кожу шек. Я оглянулась по сторонам, в надежде, что увижу Тараса. Но эта надежда была отблеском внутреннего любопытства. Подходя медленно к машине, Макс разблокировал двери и услужливо открыл одну переломной. Я молча села в салон. Мне не хотелось ехать домой, не хотелось, чтобы он оставался сегодня ночью. И как назло, в голову не лезла ни одна идея, как избавиться от него.
Глава 4.1
До дому мы ехали молча. Простояли в пробках около двадцати минут, наблюдая за тем, как мотоциклисты миновали ее, лавируя между железными корытами. Макс что-то напевал себе под нос, постукивал пальцами по рулю под раздражающую музыку, что струилась из колонок машин. А я всё пыталась ответить на вопросы в моей голове: кто ты такой, Тарас? И почему нас сводит судьба вместе вновь и вновь?
Это было слишком странно. Если бы он вначале был на гонках, а потом я бы просто встретила его в ресторане, то всплывающих вопросов было бы меньше. Но он решил не только отыграться в реванше, но и словно преследовал меня.
Перед глазами всплыло наше знакомство, как этот парень галантно поцеловал кисть моей руки. Как сбил меня с толку самым простым жестом. На кончике языка чувствовалась горечь.
— Ты сегодня какая-то задумчивая.
Обернувшись, заметила внимательный взгляд Макса на себе.
— Что? — переспросила я.
— Говорю, ты сегодня очень задумчивая.
Просто киваю в ответ. Меньше всего мне хочется выяснять отношения с Максом. Ещё меньше — чтобы он ночевал у меня дома. И, кажется, ничего из перечисленного нельзя будет просто так проигнорировать этим вечером.
— Просто устала.
Макс ехидно улыбается.
— Ты в последнее время слишком часто устаёшь, — его рука легла на моё бедро, а после скользнула выше. Я поспешила убрать его руку со своей ноги. — Да что с тобой такое?
— Говорю же, я устала.
— А гонять в заездах ты не устала?
Нужно подчеркнуть, что упрек прозвучал к месту.
— Что ты от меня хочешь? — спросила я, надув губки. Этот трюк прокалывал много раз, полагаю, и в этот раз он прокатит, и Макс отстанет от меня.
Мой парень тяжело вздохнул.
— Я тоже устаю на работе, Жень. И мне совершенно непонятно, почему ты всячески пытаешься оттолкнуть меня от себя?
Опять он за своё.
— Я не отталкиваю тебя, — нагло врут в ответ. Макс меня изводит своим нравоучением, и я, быть может, что-то сделала, да наши родители спелись так, что у меня ни единого шанса на понимание. — Просто…
— Что просто? Голова болит? Настроения нет? Был тяжёлый и трудный день?
Нет, Макс сегодня явно хочет поссориться. В этом нет сомнений. А ещё он неумело намекает мне на секс, которого давно не было у нас.
— К чему ты клонишь?
— К тому, что я не узнаю тебя в последнее время. — Машина остановилась, вновь встав в пробку. — Ты изменилась.
— Люди меняются, Макс.