— Боже, пожалуйста, только не нужно мне рассказывать курс философии о том, как меняются люди.
Я решила, что с меня хватит, поэтому отстегнула ремень безопасности и попыталась открыть дверь. Дёрнув рычаг, у меня ничего не вышло. Заблокировано…
— Женя, хватит увиливать от ответа. Мы взрослые люди, поэтому ответь на вопрос: что случилось?
Я закусываю губу, смотря на Макса печальными глазами.
— Просто… женские дела.
Тут я не соврала. Это и впрямь началось сегодня в универе.
Макс облегченно вздыхает. Не знаю, что облегчило его страдания: новость о том, что минимум три или четыре дня ко мне подходить не стоит, или то, что я призналась ему?
— Прости, — отозвался он. — Я не знал.
Хотела я съязвить, но в голову ничего не лезло. Поэтому оставшуюся дорогу до дома мы ехали молча, но Макс все-таки остался у меня переночевать.
Половину ночи я не спала, живот ныл так сильно, что я подумала, что мне стоит остаться завтра дома. Расслабиться и просто побыть в одиночестве. Главное, чтобы Макс не вздумал брать отгул, иначе мой план рухнет, как карточный домик.
Хвала небесам, но Макс всё же собрался утром на работу.
— Оставайся дома, — сказал он, обучаясь. Я сделала настолько кислое выражение лица, что сводило скулы.
— Да… так и сделаю.
Макс встал с пуфика, нацепил на себя пальто и посмотрел в зеркало. Быть может, я зря с ним так себя веду? Ведь при любом моём капризе Макс выполняет любую прихоть.
— Ладно, Жень. Я уже опаздываю.
Я притянула Макса к себе и нежно поцеловала в губы. Парень в свою очередь постарался продлить наш поцелуй более требовательным тоном, но очередной спазм внизу заставил меня разорвать поцелуй.
— Если что-нибудь будет нужно, ты пиши.
— Ладно, — сказала ему и проводила печальным взглядом, помахав на прощание. Как только Макс скрылся на лестнице, я захлопнула дверь и ещё какое-то время стояла у неё.
Вела я себя, конечно, отвратительно, но что поделать.
Глава 4.2
Весь день я провела в постели, смотрела видео и перекусывала, но, к сожалению, это не приносило мне радости. Я всё думала о Тарасе: кто он такой и почему решил устроить со мной реванш?
Мне никогда раньше не назначали реванш, потому что в этом не было необходимости. Все знали, что я лучшая в забеге, и были уверены, что пока я спокойно участвую в заездах, никто не будет трогать трассу. Я дала слово, потому что мой отец дал слово, и он единственный, кто поддерживает меня в моем маленьком хобби, а значит, единственный, кто сможет отстоять трассу и не закрыть ее властями.
Мы переписывались с Настей в мессенджере весь день. Подруга пыталась меня поддержать и не пасть духом, а я в свою очередь кидала ей бесконечное число мемных видео, которые попадали в ленте. Но все-равно меня распирало любопытство: искал ли меня сегодня Тарас?
Нет, глупость какая-то. Вряд ли он искал, а быть может, уже и забыл вовсе о том, что назначил мне реванш.
Вполне вероятно, это просто был глупый спор с парнями, где он должен был подойти ко мне и назначить реванш, так сказать, выделиться перед остальными, вотт и все. А я уже надумала себе, что этот парень что-то от меня хочет.
Нужно выбросить всё это дерьмо из моей головы. Он просто хвастунишка. А если и в действительности решил отыграться в реванше, то я его уделаю, и мы забудем это.
На следующий день , когда я пришла в универ, то почему-то все время искала глазами Тараса. Везде. В каждом ученике, но не находила. Я даже успела расстроиться, прежде чем Настя позвала меня с собой в кафешку.
— Пойдем попьем кофе, такая хорошая погода!
Отказывать ей было бессмысленно, ведь вчера я засыпала ее мемными видео, которые она наверняка не посмотрела. Поэтому отдуваться за вчерашнее приходится теперь. Но погода и вправду была хорошей. Питер словно хотел, чтобы люди вышли из своих домов, насладились пускай и пасмурной, но достаточно теплой погодой. И вроде бы дождя не намечалось, и серость становилась более прозрачной и легкой.
— Ну ладно, — ответила я ей, закинув сумку на плечо.
— А то на тебя лица нет, ты бледная, как поганка.
В этом она была права. Моя кожа всегда была белой. Папа отшучивался, что я — истинная аристократка. Настя поправила белокурые волосы и улыбнулась.
— Тем более, тебе нужно подкрепиться чем-нибудь сладеньким. Я то знаю!