Говорю, а у самой слёзы ручьём текут. Не заметила я, как потекли они. Ефим гляит на меня во все глаза.
-Ну что ты, - говорит, - дурёха, плачешь? Всё перемелется - мука будет. Вот вернёшь ты нас в тот мир - мы мигом все войны прекратим, а князей ваших уму-разуму научим.
-Да куда уж вам. Они от вас отмахнутся, как от мухи, да и посадят в темницы, за то, что народу головы морочите. Не знаю, Ефим, для чего вы так сильно хотите туда воротиться, да только подумайте, что будет дальше? А если не примет вас народ? Что ж вы тогда делать-то будете?
Посмотрел на меня Ефим да повесил голову. А солнце всё выше поднимается. Вдруг встрепенулся он, в глазах огоньки забегали.
-А хочешь, - говорит, - я тебе покажу, где солнце красное рождается?
-Неужто ты знаешь?
-Как же не знать?! Ну так что, хочешь?
-Ну давай, показывай.
Вдруг подхватил он меня на руки.
-Ты что, - кричу, - окаянный, делаешь?!
-Не бойся, так быстрее будет. Я тебя мигом домчу. Ты токмо смотри, держись покрепче, а то ведь неровён час, оброню ненароком.
И улыбается, а у самого глаза изумрудами загорелись. Дед говорил, что домовые когда силу свою используют - у них глаза светиться начинают. Да только не думала я, что когда-нибудь сама увижу.
Вдруг оборотился Ефим облаком да и помчал, что есть мочи. Гляжу на него - вижу молодца, а как взгляд отвожу - облако вокруг меня. Всеми цветами переливается, в лучах солнечных мерцает, а вокруг проносятся реки, озёра, горы и леса. Обхватила я шею Ефима, что есть силы, а тот только знай себе смеётся. Ну погоди же ты у меня! Я тебе это припомню!
И глазом я моргнуть не успела, как оказались мы на вершине горы, выше орлиного полёта. Да только не пустынная гора оказалась. Будто в другой мир мы попали. Да только ведь и так уже в сказке почитай, кажись, дальше некуда. Ан нет, видать, ещё чуднее места есть.
Огляделась я вокруг - красота несказанная: деревья стоят диковинные - стволы красного дерева, а на ветках розовые цветочки сплошь; трава цвета изумруда и мягкая, аки пух, - такой я даже тут, в сказке не видала; вокруг скалы, мхом голубым поросшие, а меж скал бежит речка, чистая, как слеза, и чем дальше, тем шире становится, перескакивает через пороги и падает с горы вниз могучим потоком; а над головою радуга-дуга, да такая яркая, аж глаза слепит. А уж птицы тут какие диковинные - загляденье просто: и большие, и маленькие, всех цветов, что только можно найти, а поют краше соловья.
-Ну что, красна девица, можешь отпустить меня. А то, того и гляди, задушишь.
-Задушишь тебя, как же,-да только руки я всё равно расцепила.
Усадил он меня на траву у самого края скалы, сел рядом и стали мы смотреть, как солнце поднимается. Как только упали его лучи на речушку - засияла она всеми цветами, поднялась над нею огоньки маленькие и закружили вокруг нас. Защебетали птицы краше прежнего, цветы диковинные распустились вокруг.
-Ефим, это куда же ты меня принёс? Ни деревьев таких, ни птиц диковинных я никогда не видывала.
-А тут Явь со Славью* пересекаются. Давно я место это отыскал, да только всё один тут обитал. А теперь вот и тебя буду приводить.
-Это почему же?
-Приглянулась ты мне шибко, Владислава. Как тебя увидал - сердце кольнуло, да так, что и не вздохнуть.
-Так вот, почему ты меня ухватом огрел?
-Так я ж осерчал шибко!
-На кого это?
-На Гора. Он когда целовать тебя вздумал - так я и взвился. Начал его уму-разуму учить, а тут ты волком оборотилась, ну вот я и не подумавши огрел тебя. Потом только, когда убежала ты, понял, что натворил. Но сделанного не воротишь.
Глядит он на меня малахитовыми своими глазами,а я от него взгляд отвесть не могу. Дыхание спёрло, вдохнула я резко, а он ухмыльнулся, да глаза засветлись.
-Дай мне руку.
-Это зачем это?
-Не бойся, никогда я тебе зла не пожелаю.
Взял он мою руку и вложил в неё камушек небольшой.
-Теперь, если только я тебе понадоблюсь, ты только возьми его в руку да подумай обо мне - мигом явлюсь, куда бы ты не попала.
-А что это за камушек такой?
-В этом камушке жизнь моя сокрыта. И отдаю я тебе её без раздумий. Как и сердце своё.
Взглянул он на меня и поцеловал.
Весь воздух разом из груди моей выбило. А он посморел на меня, улыбнулся, блеснул глазами, подхватил и понёс обратно.