Оторвал свою блистательную попу от поверхности стола и стал медленно приближаться. Ну точно котяра, решил попробовать мышку на вкус. По хребту поползли морозные мурашки, ощерилась, почувствовав опасность, а вот губы почему-то засаднило жаром.
Я же не стану убегать, точно пугливая девочка, или прятаться от него под стол? Это будет слишком, показать подобную слабость просто преступление против ненавистных мне генов. Кроме того, Никитин сейчас убийственно красивый, а не страшный.
Мужские пальцы тронули горячими иголками мой подбородок. Глаза в глаза.
– Условия прежние, более чем привлекательные для любой девушки из провинции, приехавшей в большой город в поисках лучшей доли. Побузила немного и хватит, пора включать голову, пока во мне все еще есть интерес, – и бросил обжигающий взгляд на мои саднящие губы.
Горячо, противно, нечем дышать. Чувствую, как краснею и задыхаюсь возмущением. Только было хотела открыть рот, но мое праведное негодование погасил прислоненный к губам палец. Господи, откуда эти странные реакции? Почему губы горят?
– Иди, принимай дела, красивая Лена. Через полчаса подашь мне кофе. Ну, ты уже в курсе, какой.
Вот так просто подписал приказ, принимай дела, моего согласия теперь даже на спрашивают. Просто ставят перед фактом. Ну конечно, большой босс положил на меня взгляд, я должна пищать от восторга, ложится на спинку, расставлять послушно ножки, и выполнять любые другие его прихоти. Только не на ту напал.
– Владислав Юрьевич, вынуждена отклонить ваше «заманчивое» предложение, – холодный сарказм в моем голосе кого угодно должен заморозить.
– Почему же? – лениво поинтересовался Никитин, а в глазах уже в открытую плясали искорки веселья.
Не понимаю, что его забавляет в нашем разговоре?
Большой мужской палец переместился с подбородка и потер мои губы. Невольно дрогнула, стушевалась. Это было неожиданно и… пожалуй, приятно. Точнее, противно. Фу, только не с ним. С ним приятно быть не может. Отскочила назад. Почему мне раньше не пришло в голову немного от него дистанцироваться?
– Вы мне противны! – блин, опять гордыня взяла вверх, надо было подобрать более нейтральные слова, чтобы обозвать его козлом и извращенцем.
– Ха, – оскалился Никитин. – А в лифте ты откликнулась на мой поцелуй, и сейчас дрожишь вовсе не от холода в кабинете. Я ведь довольно интересный мужчина, сама, помнится, признавалась на собеседовании. Так чем же я тебе так противен?
– Всем. Я ненавижу таких мужчин, как вы: трудоголиков, циников, убежденных холостяков, чайлдфри. Использующих более низкое материальное положение других людей в своих похабных интересах. Слишком ленивых, эгоистичных, чтобы озаботить себя ухаживаниями за понравившейся девушкой. Хозяев жизни, на полном серьезе думающих, что настоящие чувства, любовь, симпатию можно купить.
После моей тирады веселые бесята исчезли из серых глаз. Они стали холодными и злыми.
– Ты повторяешься, Лена. Это я уже слышал. А любовь мне на фиг не нужна.
Есть мысли чем будет усмирять Владислав Юрьевич такой негатив в свой адрес?
глава 8/2
– Вот-вот, презираю таких людей, которым «на фиг не нужна любовь», нежность, забота, привязанность, дружеское участие, а только горизонтально-плотские, совершено скотские отношения. Мы ведь люди, а не животные для спаривания. Испытываю омерзение к руководителям, использующим свое вышестоящее положение для принуждения к выполнению своих сексуальных прихотей…
Темно-серые глаза сейчас смотрели с мрачным напряжением.
– Считающих нормальным спать со своими секретаршами. А потом, когда они забеременеют, тут же находить новенькую и свеженькую, максимально личную помощницу. А то, что у нее есть муж – да кого это волнует, главное ведь удовлетворить свои низменные потребности. Презираю руководителей, считающих нормальным типа по собственному желанию увольнять новеньких и свеженьких, поскольку другие чуть больше заводят. И они желают их доломать, опустить, заставить подчинится своей воле. Конечно, ведь вы генеральный директор такой большой компании, а она какая-то провинциалка из Курской области, приехавшая в большой город в поисках лучшей доли. Ненавижу мужчин, бросающих своих детей!