– О чем ты сейчас говоришь? – хмурил брови господин Никитин.
– О ваших отношениях с женщинами!
На мужских скулах заходили желваки. Грозный взгляд обдавал лютым морозом мою отчаянную смелость. Опасалась криков «Пошла вон, дура», уничижительных слов в свой адрес, других проявлений злости. Конечно, большого босса посмели отчитывать как мальчишку, но ничего подобного не последовало.
– Ты все сказала? – мрачно спросил Владислав Юрьевич.
Сказала. Эти слова давно, еще с момента собеседования, во мне горели, а после сцены в лифте и открывшихся знаний о генеральном директоре компании «Гарант плюс» их количество только стремительно увеличилось, прямо-таки в геометрической прогрессии.
Боже, зачем я все это на него вылила? Слезы покатились по щекам, сама погребла в руинах свой хрустальный замок. Женскую хитрость из моего организма полностью вытеснила непомерная гордыня и оскорбленная его нескромным предложением девичья честь.
– Можешь идти.
Ну хоть не «пошла вон, дура», как прошлый раз и на том спасибо.
Развернулась и зло цокая каблуками поплелась сначала на выход из кабинета, а потом на выход из приёмной.
***
Красивая Лена послушно развернулась и отстукивая своими каблучками по моим барабанным перепонкам траурный набат, отправилась в заданном направлении вон из кабинета. Блин, не в тех местах она послушная.
– Куда собралась?! – вдруг неожиданно для самого себя заорал я, выскочив в приемную.
Не готов отпускать эту девочку. Даже после всего того бреда, что она тут наговорила.
Девичьи плечи вздрогнули от моего ора. Обернулась. О эти гжелевские озера глаз, сейчас наполненные слезами, так и хочется в них утопиться. На красивом девичьем лице недоумение.
– Вон из компании «Гарант плюс». Разве я не уволена?
– Нет! – Снова кричал я. – Сказал же, подписал приказ. Приступай к своим обязанностям. С такой истеричной дурой, фантазеркой с высокими, блин, идеалами, я никогда спать не буду. На фиг нужны такие трудности.
– Правда? – с надеждой спрашивала Лена.
Очень хотелось заорать в ответ «кривда». Ведь сам с трудом сдерживался от желания ее все такую правильную, возмущенную, шипящую, завалить прямо здесь. Внутри меня тоже кипел гнев, и одновременно пузырилось дикое желание. Но я почему-то не мог допустить, чтобы Елена Прекрасная исчезла из моей жизни.
– Обещаю, никакого секса, – наконец спокойно произнес я.
Синие глаза недоверчиво всматривались в мое лицо.
– Владислав Юрьевич, я могу вам верить?
– Можешь. Всегда выполняю свои обязательства.
Девичья грудь облегченно выдохнула, до жути обидно, особенно, когда всего тебя скрючивает от желания.
– Во всяком случае, пока ты сама этого не попросишь.
Никаких слов от прекрасной Лены не последовало, но на красивом лице явственно читалась фраза: «этого точно никогда не случиться».
– Хотя и в этом случае вряд ли. Хватит истереть, праведница, приготовь мне чашку черного кофе и запроси у архитекторов, проект гостиницы «Лазурной», хочу более внимательно просмотреть. А еще попроси к четырем часам подготовить переговорную.
Раздосадованный прошел в кабинет. А как славно начинался день, я словно слон был доволен, представляя, что Красивая Лена теперь будет сидеть в моей приемной. Про прежние условия просто так сказал, решил снахальничать на удачу. Скорее, даже подразнить строптивую девчонку. А она на меня такой негатив вывалила. Неужели я такая сволочь в ее глазах? Детей каких-то приплела.
Ну и на фига тебе это нужно, Никитин? Зачем связался с этой недотрогой? Подумаешь, красивая, подумаешь, синие глаза, в которых хочется утонуть, и губы цветочком. Подумаешь, зверски тянет и до кругов в глазах возбуждает. И что ж теперь, будешь ходить по офису, роняя слюни, не смея к ней прикоснуться. А потом дрочить в туалете, вспоминая изгибы ее задницы. Я генеральный директор довольно большой фирмы, который может пачками покупать таких синеглазых красавиц, и уступаю какой-то молокососке на тринадцать лет меня младше и с идеалами девятнадцатого века. Или же мне захотелось почувствовать от женщины любовь, заботу и ласку, о которых она, помниться, так восторженно вещала? Надо признать, впервые в моей жизни попалась симпатичная девушка, не стремящая выгоднее, перспективнее пристроить (продать) свою красоту. Впервые попалась такая моралистка… И эту новую разновидность женщины захотелось изучить немножечко подробнее. Действительно ли она такая правильная, какой хочет казаться? И надолго ли хватит ее правильности? В общем, я больной на всю голову идиот, а не солидный бизнесмен. Искал легких необременительных горизонтальных отношений, а подписался… на мучительное любование девушкой, которая презирает таких сволочей, как я.