– Я могу вам верить?
– Можешь. Всегда выполняю свои обязательства. Во всяком случае, пока ты сама этого не попросишь».
Черт, ведь действительно мы обговорили только запрет на секс. Но ведь кроме поцелуев, есть еще куча нескромных действий: прикосновения, объятия, петтинг. Божички мои, если он будет постоянно меня целовать, обнимать, и всячески по-другому воздействовать, то, может быть, однажды я действительно не выдержу и позорно стану просить устроить мне настоящий нагоняй. Я ведь живая, девочка уже давно созрела, и близость с этим мужчиной странным образом действует на мой организм. Еще в первый день это почувствовала и продолжаю чувствовать при каждой нашей встрече.
– Елена Александровна, вам что-то непонятно? – в притворном недоумении приподнял брови Никитин.
Надо же, Еленой Александровной назвал.
– Владислав Юрьевич, кажется, наше соглашение требует уточнения и конкретизации некоторых пунктов.
– Красивая Лена, я крайне редко пересматриваю свои решения. И в отношении твоей персоны уже раз передумал: несмотря на строптивый характер, все-таки взял тебя в помощницы. Что касается нашего соглашения, меня вполне устраивают его условия. Если ты чего-то не учла, позволила двоякое трактование, то эта исключительно твоя ошибка и твои проблемы. Надо учиться предельно четко и ясно излагать свои требования. Тебе все понятно?
– Понятно – прошипела я, пытаясь испепелить его глазами.
От возмущения тряслись пальцы и не хватало воздуха. А еще просто до ужаса хотелось выплеснуть так заботливо приготовленный мной кофе в его самодовольно улыбающуюся морду.
– Отлично, свободна. Точнее, иди занимайся делами. Обзвони всех замов, скоро совещание.
Как же стереть эту самодовольную ухмылку? Опрокинуть на него поднос, снова надавать оплеух, написать заявление на увольнение?
Черт, нельзя… Нельзя, Лена, нельзя. Кроме этих болезненных завываний гордости, есть еще наша договоренностями с господином Орловым. Ради восстановления хрустального замка нужно проглотить это унижение. Блин, но у меня такой плохой глотательный рефлекс. Как бы не стошнило ненароком.
Никитин, больше не обращая на меня внимания, стал, активно работая челюстями, жевать один из приготовленных мной бутербродов.
– М-м-м, спасибо, Леночка, очень вкусно, – и потянулся к чашке кофе.
А я, в последний раз сверкнув глазами и скрипнув каблуками, направилась вон из кабинета.
Ну как вам Никитин?
Глава 10
Глава 10
– Доброе утро, Владислав Юрьевич.
Кажется, я стал еще большим трудоголиком, потому что мне очень нравится приходить утром на работу и видеть Красивую Лену в своей приемной. Еще на подходе к офису в глазах начинают плясать разноцветные круги, и я, как смешной мышонок Рокки из мультфильма моего детства, издалека чувствовал свой персональный сыр. Хочется подойти, заграбастать в свои объятья и для начала хапнуть ноздрями ее кристально-женственный запах, а потом поцеловать прямо в амурно-вырезанные, до безумия сладкие губы. Но терпи Влад, атаманом будешь, потому что моя новая помощница словно ежик вся утыкана иголками сопротивления и неприятия. Как их убрать? Сложный вопрос. Очаровывать женщин я разучился, а может, и никогда не умел. Зачем?! Проще было купить….
– Доброе утро, Леночка.
Симпатичное девичье лицо привычно недовольно скуксилось. Забавно, моей новой секретарше ужасно не нравилось, когда к ней обращались в уменьшительно-ласкательной форме ее имени. Но я специально каждое утро, а иногда и днем, злил Прекрасную Елену, поскольку меня завораживали моментально появляющиеся колючие льдинки в аквамариновых глазах. Такой холодный взгляд пробегал по моей разгоряченной коже мощнейшим, стимулирующим организм зарядом электричества.
Надо сказать, Леночка оказалась просто отличной помощницей. Очень быстро влилась в рабочий процесс, все на лету схватывала, и за исключением нескольких личных моментов понимала меня практически с полуслова, полувзгляда. Еще у нее была удивительная, почти фотографическая память, во всяком случае, внутренние номера нужных мне сотрудников, Лена знала наизусть. А нудному педанту внутри, очень понравилась ее пунктуальность, аккуратность и собранность. Уже совсем скоро я не понимал, как раньше обходился без Красивой Лены в приемной. Она всегда была в курсе, где что лежит, и кого нужно позвать, чтобы получить необходимую информацию.