– Нельзя.
В теле возникло агрессивное желание припечатать наглую морду своего руководителя о стену.
– Владислав Юрьевич, не понимаю, зачем я вам?! – вырвалось мое возмущение на свободу. – Вас сразу две красотки обхаживают.
– Ты ревнуешь? Может, хочешь заменить одну из них?
– Нет, конечно, не хочу. Вы мне…
Заткнулась, хотела сказать «отвратительны», но потом вспомнила, что он мне «не друг, не брат, не раздолбай знакомый и даже не навязчивый поклонник». Просто постоянно издевающийся надо мной босс, мечтающий затащить меня в свою постель.
– Тогда оставайся.
– А если ревную, мне можно уехать?
– Нельзя, – рявкнул грозно Никитин, наверное, понял слова, которые я не решилась высказать. – Ты ведь личный помощник генерального директора, так? И должна проследить, чтобы твой шеф вернулся домой живой и невредимый.
– Что-то не припомню такого пункта в своих служебных обязанностях.
– Завтра будет, – как ни в чем не бывало откровенно глумился Никитин.
В теле снова наивысший уровень агрессии.
– Возвращайся за стол, скоро начнется развлекательная программа. Расслабься немного, девочка.
Владислав Юрьевич вдруг резко приблизился, нагло вклинившись в зону моего личного пространства. Приятный запах мужского парфюма снова вызвал перебои с дыханием.
Глава 10/3
– Не будь такой занудной букой, – большой палец чувственно прошелся по моей щеке. – Тебе не идет, – эти слова он уже шептал на ушко.
Злости внутри так много, что кажется, еще чуть-чуть, и вспыхну сверхновой планетой ярости.
– Владислав Юрьевич, я сейчас вас ударю…
Не успела, Никитин действовал на опережение, горячие мужские губы запечатали мой рот. Аромат дорогих мужских духов, вкус изысканного алкоголя, жар целующих меня губ, моментально дезориентировали в пространстве, голова закружилась, и чтобы не упасть я была вынуждена ухватиться за полы пиджака большого боссы. Как будто притягиваю его к себе, а не отталкиваю. Никитин нахально воспользовался охватившей меня слабостью, с рыком зарылся пальцами в мои волосы и углубил поцелуй. Очень ярко, я все-таки вспыхнула сверхновой планетой… Чего? Уж точно не ярости. Это невозможно вообразить, учитывая мою ненависть к подобным типам мужчин… Но я опять поняла, что какая-то часть меня имеет слабость к горячим поцелуям начальника.
– Вкусная, – прошептал Никитин и отпустил.
Голова продолжала кружиться, надеюсь, я устою на ногах. И что мне теперь делать? Что?! Ударить его?! Затопать ногами?! Заплакать?! Послать на три веселых буквы?! Я, конечно, дочка политика, но тоже знаю наш русский матерный.
– Ты точно не хочешь заменить одну из моих дам? Могу сразу двух на тебя променять, – проникновенно шептал Никитин в мое ушко.
– Владислав Юрьевич, – сквозь зубы шипела я, – вы мне отвратительны.
Господи, все-таки озвучила свои мысли вслух. Что за тупость на меня иногда нападает – желание говорить правду-матку прямо в лицо.
– Ты в этом себя пытаешься убедить или меня? – было мне ответом.
Потом снова бесцеремонно окольцевав мою талию своими пальцами, притянул ближе к себе и проникновенно, вызывая россыпь мурашек по коже, прошептал:
– А ты, Красивая Лена абсолютно в моем вкусе и очень сильно меня возбуждаешь.
Черт, да я сейчас всем нутром чувствовала его возбуждение. И несмотря на произнесенное «отвратительно», тело откликнулось жарким толчком в животе.
– Владислав Юрьевич, – сквозь зубы рычала я, – не провоцируете меня на грубость.
– Не буду, – но вразрез со своими словами снова меня поцеловал, – точнее, нежно и ласково облизал мои губы и потерся носом о мой нос.
Папа всегда говорил, что так целуются чукчи. Самое интересное, на исполнение нежности от Владислава Юрьевича я тоже откликнулась, просто сомлела в его руках, еле сдерживая желание потереться в ответ носом о его нос.
– Отпустите меня, пожалуйста.