— Он замечательный, — ответил Геральд на ее немой вопрос. — Благодаря ему я жил. Он так похож на тебя… — вымученно улыбнулся король.
— Правда? — через силу произнесла она
— У него твои глаза, те же волосы. Такой же напористый, сильный духом — с гордостью перечислял Геральд. Он боялся говорить о нем, но после ее вопроса он не мог остановиться.
Улыбаясь, Миранда слушала Геральда и представляла каким был Арман в детстве и какой он стал. До тех пор, пока слова Геральда заставили ее оцепенеть от страха.
— Он в опасности…
—Что? Он болен? — она вскочила и нервно заходила перед кроватью.
— Я все расскажу, только для начала успокойся. Сядь пожалуйста…
Миранда послушно села на кровать и в ожидании посмотрела на Геральда.
— Он женился…
— Я знаю Геральд, что он женился…
— Миранда, ты знаешь на ком он женился?
— Насколько я знаю, она была фрейлиной Амалии. Сирота, выросла в приюте. Слышала, что она красивая, скромная…
— Никакая она не сирота! — перебил ее мужчина.
Миранда с немым вопросом посмотрела на Геральда. Закрыв глаза, он тихо спросил:
— Помнишь, тот день на балконе, — дождавшись кивка он продолжил — Амалия была беременна. Она родила дочь…
Миранда посмотрела на Геральда в надежде на то, что он шутит.
— Ты хочешь сказать, что он женился на дочери Амалии…
— Именно, — утвердительно кивнул он.
— Он не знает чья она дочь? — В надежде спросила она, хотя уже знала ответ
— Нет…
— О боже! — воскликнула она,
— Я не могу сказать ему это. Ты помнишь какую плату заплатила Амалия за наложенное проклятие?
— Воспитать нашего сына как своего, сохранив ему жизнь. — ответила она, и схватилась за голову осознав, что они в ловушке. — Она отказалась от дочери и приняла нашего сына как свое дитя… А мы все скованы безмолвием.
— Я много раз пытался сказать ему об этом, но…
— … но ты не смог… — она в ужасе посмотрела на изуродованного мужчину. Так вот почему он стал таким — как же дорого ты заплатил…
— Она сказала, что родила мертвого мальчика. Это моя ошибка, что не проверил все. Я был занять сыном. — продолжил он.
— А когда узнал?
— Когда она появилась в ее свите, четыре года назад. Амалия с первых минут была благосклонна к ней, выделяла ее среди всех. Она думала, что если я равнодушен к ней, то ничего не замечаю. Я сразу понял, что Найрин ее дочь. Я запретил Арману приближаться к ней, но он сделал все по-своему…
— Он любит ее?
— Думает, что любит, — мрачно изрек мужчина,
— Почему?
— Я знаю это, — Геральд отвернулся от Амалии. Он не мог сказать ей что проклял сына. — Она не любит его. Но не это страшно. Амалия что-то задумала. Я не могу помочь ему, но ты сможешь…
— Она не может убить его, ты же знаешь.
— Она, нет! Найрин может! — повернувшись к ней, Геральд с надеждой спросил, — Ты смотрела в будущее…
— Смотрела, но ничего не вижу, — обреченно ответила она.
— Мы нашли алтарь.
— Давно?
— Вчера. Не думал, что доживу до этого. Хотя я уже в это все не верю, — устало ответил он.
— Я чувствую Седьмого Сына! — пробормотала Миранда. — Когда он узнает о том, что нашли алтарь он явит себя…
— Почему ты не можешь найти его?
— Дитя Тьмы очень слаб. Его силы на исходе, поэтому я не чувствую его…
— Арман ничего не знает про легенду, алтарь и Седьмого Сына Тьмы, — предвидя вопрос Миранды он продолжил. — Я хотел ему все рассказать, когда найду алтарь. — горько усмехнувшись он продолжил, — Слишком поздно я нашел его. Я прошу тебя, помоги нашему сыну и Надейре.
— Расскажи все ему, я думаю он...
— Он не послушает меня после того, что я сделал, — перебил он ее. Геральд с грустью посмотрел на ожидающую девушку и молча покачал головой. Он не может рассказать.
Так и не услышав от него ответа, Миранда села на кровать и подвинувшись к нему, осторожно легла рядом. Положив голову ему на грудь, она обняла его. Оба понимали, что Геральду оставалось считанные часы. За окном светало.