Во только Макс с каждым днем мрачнел. Надя чувствовала, что он охладел к ней. Она все списывала на предстоящее рождение малыша. По результатам узи они ждали мальчика. Надя старалась не отходить от Вики и с благоговением наблюдала за растущим животом. Она подолгу разговаривала с малышом, кладя ладонь на беременный живот подруги Надя старалась представить, как он шевелиться у нее в животе. Вика в шутку говорила, что ревнует свою подругу к животу. Надя с грустной улыбкой отмахивалась от слов своей подруге, а ночами уткнувшись в подушку захлебываясь слезами прижимала руки к пустому животу. На восьмом месяце беременности Вика попала в больницу. Она прогуливалась, когда почувствовала себя плохо. Максим был на работе, а Надя ходила по магазинам закупая вещи для малыша. Они примчались в больницу, когда Вику после забора анализов стали готовить к госпитализации.
— Ничего страшного, просто небольшой тонус, — уверял врач, просматривая результаты анализов. Он посмотрел на застывшую от страха Надю и натянуто улыбнулся: — Надежда Сергеевна, не переживайте с вашим… — запнувшись он прочистил горло и нервно посмотрев на мрачного Максима продолжил. — С вашим малышом все в порядке. Возможно, Виктория Николаевна подняла что-то тяжелое или подолгу гуляет. Пару дней полежит и все пройдет.
Макс с Надей встали, намереваясь уходить, когда врач попросил остаться Максима.
— Максим Геннадьевич, можно вас попросить остаться, — взглянув на девушку, он успокоил ее. — Надежда Сергеевна, не переживайте это связано с вопросом оплаты. Вы можете идти.
Неуверенно кивнув врачу, Надя вышла. Она прошлась до конца коридора, когда вспомнила что забыла сумку. Максим даже не обратит внимание, а у нее там все документы. Подходя к дверям кабинета, она не успела постучать, когда услышала то, что выбило почву из-под ее ног.
— Когда, вы ей собираешься все рассказать…
— Пусть Вика родит, а там посмотрим.
— Максим ваша жена никто этому ребенку. Сегодня Виктория Николаевна дала понять, что не отдаст малыша. По закону я не могу его отобрать у матери, и отдать вашей супруге. Это ваше выдуманное суррогатное материнство… Долго вы им будите прикрываться? Если вы не скажите, то сообщу я, что ее биологический материал не подошел. Виктория Сергеевна биологическая мать, а вы отец. К тому же я предупреждал соблюдать половой покой…
— Она сказала, что можно. С сыном все хорошо?
— С ребенком все хорошо, но я жду до ее выписки. Не скажите вы, скажу я.
— Не умничай, забыли за чей счет ты здесь работаешь?
— Я не забыл, я и так вас прикрывал восемь месяцев, это уголовное дело. Надя боялась пошевелиться, все завертелось перед глазами. Молча она развернулась и вышла из клиники. Поймав такси, она назвала адрес. Подъезжая к дому, телефон требовательно зазвонил. На дисплее высветилось — Максим. Не обращая внимание на пронзительную трель, она скинула вызов. Стянув с пальца обручальное кольцо, она отдала его таксисту как плату за проезд и вышла.
Снова раздался ненавистная трель звонка. Швырнув телефон об землю, она подошла к калитке. Дождавшись, когда дверь откроет охранник, она скинула туфли и побежала в дом. Поднявшись к себе в спальню, она переоделась, и спустившись вниз стала ходить из угла в угол в ожидании мужа. Горло сдавило колючим спазмом, ей не хватало воздуха. Она не замечала, как плакала, сердце разрывалось от предательства и боли. За что? За что он втоптал ее в грязь! Он изменял ей с Викой, но не это было главным! Она так хотела ребенка, пусть и другая бы родила его. Она со всем смирилась, она готова была простить его за измену. Ей нужен был ребенок, которого она восемь месяцев считала своим. Факт того, что его отняли, приносило физическую боль.
Спустя час, на пороге появился разъярённый Макс.
– Какого черта ушла! — девушка стояла спиной к нему, смотря на задний двор. Она медленно развернулась к мужу. Заикающимся заплаканным голосом она через силу прошептала: — Потому что я чужая в вашей семейной идиллии…
— Ты все слышала? — мужчина облегченно выдохнул и спокойно продолжил — Ну раз знаешь все, я тебя больше не держу.
Надя не знала, что ответить, она смотрела на своего мужа и, казалось, только сейчас увидела его равнодушный, безразличный взгляд. В них не было любви, наверное, и никогда не было. Она была просто удобной женой…
Девушка смотрела и понимала, что не испытывает к этому холеному, самоуверенному, мужчине.