Слепец в приступе безудержного веселья наблюдал за королем. За его слезами, криком, и той болью что причинил. Никто и ничто не устоит перед ним, даже этот, который держал в руках целый континент. Король, властелин, где он? Неужели тот несчастный который сейчас стоит на коленях перед ним. Дрожащими руками прижимает к себе труп жалкой души. Сломленный, лишенный смысла существования. Тьма ликовала, упивалась его болью. Это только начало, весь мир погрязнет в кровавом рассвете и тогда она станет полноправной хозяйкой. Она наденет корону из костей семи правителей. Они посмели заточить ее. Сам Луноликий не посмеет тронуть ее царство.
— Я же говорил, не смей шутить со мной… — сквозь смех сказала женщина, наклоняясь к сгорбленному мужчине, который обнимал мертвую жену. — Не тебе тягаться со мной, с Матерью… Исполни свой долг и свое предназначение…
Король медленно повернулся к ней. Ее глаза усмехались, издевались над ее болью. Он не хотел говорить, не хотел видеть ее. Аккуратно уложив девушку на каменный пол, он медленно встал.
— Быстрее. Время уходит — торопила его женщина. Король отрешенно посмотрел на нее. Встав, напротив нее он молча кивнул.
— Я все сделаю… — сорванным голосом прохрипел он. — Но и ты запомни…
— Что же? Быстрее… — недовольно буркнула женщина, поворачивая голову к Алтарю, где кипела кровь.
— Надеюсь, ты сразу не сдохнешь…
— Меня невозможно уби… — гордый, надменный голос оборвался громким хрустом и хрипом, от которого волосы встали дыбом.
Внезапно все стихло. Кровь в Алтаре перестала бурлить, звенящая тишина нарушалась лишь прерывистым дыханием и капающей кровью. В дрожащих руках короля покачиваясь из стороны в сторону была вырванная гортань. Возле его ног с удивлением на холеном лице лежал Седьмой Сын.
Мужчина равнодушно отбросил кровавый кусок. Перешагнув через мертвую женщину, он опустился перед женой. Бережно подняв ее на руки, он намеревался покинуть это место, когда по каменным стенам пошла волна. Гранитный Алтарь пошел трещинами, свернувшаяся кровь с противным хлюпаньем устремилась в образовавшиеся глубокие трещины. Развалины готовы были рухнуть.
Арман собирался покинуть это место. Он не жаждал жизни. Король не хотел оставлять свою семью здесь. Внезапно его взгляд зацепился за Алтарь. Рядом с ним, прислонившись к его гранитному боку, сидела Миранда. Сначала он подумал, что она мертва и отвернулся, чтобы уйти. Не успел он сделать и пары шагов когда услышал слабый стон.
Подойдя к ней, он осторожно коснулся ее и легонько потрепал по щеке. Она снова застонала.
— Миранда! Вставай! Надо уходить!
Женщина через силу разлепила глаза. Засохшая кровь на щеке неприятно стягивала кожу. Рана на голове болела, к тому же ее сильно тошнило. Она не могла сфокусировать взгляд, каждое ее движение отдавалось болью во всем теле.
Стоило ей увидеть, кого держал король на руках, она забыла про свое состояние. Сглотнув, вязкую слюну чтобы как-то промочить пересохшее горло она хрипло спросила:
— Что с ней?
Мужчина не смог ответить. Молча, он опустился на землю перед Видящей. У не хватило мужества сказать, что она мертва. Никогда он не сможет произнести это.
Миранда в ужасе, посмотрела на мертвую девушку, затем перевела взгляд на сына. Он не заметила, как заплакала. Материнское сердце обливалось кровью. Ее ребенок обречен на муки. Это она обрекла его на это, она не смогла уберечь его. Сама же и принесла его той кто погубит его. Если бы она тогда послушалась свою мать. Если бы не заявилась к Амалии… если бы не проклятие… тысячу «если бы» крутилось у нее в голове. Только это не поможет ей сейчас. Действительность била больно и хлестко. Ее смерть это его смерть. Истинные не смогут жить друг без друга.
Сильный грохот разнесся по пещере. Горный хребет, именуемый Развалинами, стал разрушаться.
— У нас нет времени… надо выбираться… — еле слышно пробормотал король, намереваясь встать.