— Конечно, — кивает Александр. — Прошу прощения за беспокойство. Продолжайте.
Он уходит, а я стараюсь сконцентрироваться на уроке, но в ушах еще долго звучат его слова и эхо нашего небольшого «сражения». Но, как ни странно, голова больше не болит. Все прошло, как по мановению волшебной палочки. Мистика, не иначе.
За десять минут до конца урока я, как и собиралась, доношу до детей информацию от завуча. Желающих помочь Романовской оказывается даже слишком много. Столько человек нам с уроков не отпустят. Записываю всех в отдельный листок. Передам Наталье, пусть сама решает, что с ними делать дальше.
Пока собираюсь домой, приходит сообщение от Аркадия. Освободился пораньше и заехал за мной. Стоит во дворе. Отвечаю лаконичное «иду» и ускоряюсь. Муж ждать не любит, а портить ему настроение хочется меньше всего.
Интуитивно чувствую на себе тяжелый взгляд и, кажется, знаю, кому он принадлежит. Леденев, не иначе, но самого его не видно. Что ему опять нужно? Прибавляю шаг, чтобы не дай бог не окликнул. Аркадий видит меня и выходит навстречу. Улыбаюсь и сворачиваю к нему.
Почти дохожу до машины и краем глаза замечаю тот самый джип, что меня обрызгал. Поднимаю глаза и вижу Александра. Не может быть… Не успеваю никак отреагировать, как оказываюсь в объятиях мужа. Прячусь в его руках от пронизывающего взгляда и своих таких непонятных эмоций. Аркадий тянется за поцелуем, но я в последний момент подставляю щеку. Не могу при ком-то…
— Что-то случилось? — Аркадий отстраняется и взволнованно заглядывает в глаза.
— Нет, голова просто болит, — зачем-то вру.
— Тогда поехали домой, — галантно открывает мне дверь. — Отдохнешь, а я приготовлю ужин.
— Да, спасибо.
Поджимаю губы и инстинктивно поворачиваюсь к окну. Леденев продолжает на меня смотреть. Пристально и словно с осуждением, аж мурашки ползут по коже. Вот гад! Нервно веду плечами и демонстративно отворачиваюсь. Нестерпимо хочется показать ему «фак», но я сдерживаю порыв. Не в детском саду.
Аркадий, наконец, трогается с места, и я облегченно выдыхаю.
— Что в школе? — Кожей чувствую, что вопрос с подвохом, и не знаю, как реагировать.
— Да ничего, — осторожно отвечаю и пожимаю плечами. — Все как обычно…
— Никита сказал, к вам на урок новый директор заходил…
Недовольно поджимаю губы. Ну зачем? Когда только все успевает. Надо поговорить с Ником, он уже большой мальчик и должен понимать, что папе не обязательно знать все.
— Да, — вздыхаю я. — Пришел неожиданно, а у меня так болела голова, что я забыла дату, представляешь?
Пытаюсь смягчить ситуацию и перевести в более лайтовую версию. Не знаю, что конкретно рассказал Никита, но очень надеюсь ничего такого.
— Нет, не представляю. — Голос Аркадия тяжелеет, а руки сильнее сжимают руль. — Раньше ты ничего не забывала…
Начать оправдываться — это закопать себя живьем. Да и не в чем. Я ничего такого не сделала.
— На что ты намекаешь? — возмущаюсь и складываю руки на груди.
— Этот твой директор как-то не очень хорошо на тебя влияет, — хмуро отзывается муж, но даже не представляет, насколько близко к истине находится.
— Во-первых, он не мой, — строго чеканю я, а сердце оглушающе бухает в груди. — А во-вторых, не может на меня влиять, потому что жутко меня раздражает.
— Да? — хмыкает Аркадий и переводит на меня пытливый взгляд. Кажется, даже забываю, как дышать. — Хочешь, я разберусь с ним?
Под этим «разберусь» может скрываться что угодно. Я понимаю это. Отказываясь, рискую вызвать гнев мужа, но неожиданно для самой себя осознаю, что не хочу, чтобы он вмешивался. От мысли, что больше не увижу Александра, в груди начинает давить. Это еще что за новости?
— Нет, не надо, — стараюсь говорить уверенно, чтобы голос не дрожал. — Я сама справлюсь.
— Ты уверена? — усмехается муж. — Может быть, написать жалобу, чтобы его уволили?
Его рука крепко сжимает мою, и я чувствую, как становится не по себе. Но снова отвечаю:
— Нет. Просто дай мне спокойно работать дальше.