— Кто не пришел?
— Жданова Маша.
— Странно, положительная вроде девочка, — задумчиво тянет Татьяна.
— Да ладно, может, случилось что, завтра начнутся уроки, и спросишь, — отмахиваюсь я, чтобы не нагнетали. — А у меня вот двое новых — Женя Стоцкая и Гордей Царев. Лен, а как тебе новый директор?
— У нее свой директор, — подхватывают девчонки и хихикают, а она лишь закатываю глаза.
— Хорош и вполне симпатичен, — улыбается Елена. — Но мне любопытно, как занесло такого интересного персонажа в наш «дружный» коллектив. Пора, девочки, краситься чуть заметнее и одеваться ярче, кому-нибудь да повезет.
— Ничего интересного, по-моему, — фыркаю недовольно и складываю руки на груди. Еще одна пала жертвой его обаяния.
— Тебя и не должно интересовать, ты замужем давно, — хмыкает Алена. — А вот Тане можно присмотреться.
— Нет уж, увольте. — Та выставляет вперед ладони. — Такой нарцисс не для меня.
— Ой, все, давайте о хорошем! — не выдерживаю я. Надоел этот Леденев хлеще горькой редьки.
— А давайте, — охотно соглашается Татьяна, наливает всем вина и провозглашает тост: — С началом учебного года нас!
— Ура! — хором поддерживаем мы и звонко чокаемся.
— А что это вы тут делаете? — Негромкий мужской голос раздается неподалеку и сразу привлекает внимание.
Оборачиваюсь, вижу Леденева и застываю, как и все вокруг. Вошел бесшумно, за громким смехом мы и не заметили. Сердце подпрыгивает к горлу и часто-часто колотится. Что же теперь будет?
Глава 4 Александр
Прохожусь по своим владениям, то и дело ловя на себе любопытные взгляды учеников и учениц. Необычное ощущение и не то чтобы очень приятное. Кости перемывают все, кому не лень, от мала до велика. Интересно, долго я еще буду новостью номер один?
Зябко веду плечами, проходя мимо очередной группы детей, и сворачиваю к кабинету русского языка и литературы, куда дала наводку заглянуть Серафима Васильевна.
В кабинете пусто и тихо, но женские голоса и смех слышатся где-то в глубине. Иду на звук, толкаю дверь в лаборантскую и застываю в немом изумлении, наблюдая, как группа учителей отмечает первое сентября.
— С началом учебного года нас! — восклицает Татьяна.
— Ура! — хором поддерживают остальные и звонко чокаются чашками.
С интересом смотрю на них и не могу сдержать улыбку. В том, что в чашках у них не чай, даже не сомневаюсь. Больше забавляет, что моя заноза тоже здесь, такая вся правильная и честная. Без зазрения совести.
— А что это вы тут делаете? — негромко интересуюсь и складываю руки на груди.
Тишина мгновенно воцаряется в помещении. Учительницы поворачиваются в мою сторону и недоуменно застывают. Не готовы быть пойманными с поличным. Хоть бы дверь закрыли.
— Ой, извините, Александр Михайлович, — первой находится с ответом Евгения и, немного смутившись под моим изучающим взглядом, поясняет: — Мы чай пьем.
Ах, чай, значит? Ну хорошо. Почему бы и нет.
— Мне нальете? — хитро прищуриваюсь, не подавая вида, что понял все без слов.
— Конечно нальем, — спохватывается Елена. — Оль, подай дежурную чашку.
Та, немного смутившись, протягивает мне кружку. Ловит мой взгляд и отводит глаза в сторону. Татьяна наливает мне «чай». Поблагодарив ее, вдыхаю аромат вина и улыбаюсь, негласно принимая правила игры. В конце концов, зачем портить девочкам праздник, а мне отношения с коллективом. От десятка выговоров лучше никому не станет. Как ни в чем не бывало поднимаю свою чашку и торжественно произношу:
— С началом учебного года. Надеюсь, сработаемся!
— Мы в этом не сомневаемся, — отвечает за всех Татьяна.
Еще раз окидываю девушек лукавым взглядом, залпом выпиваю вино и, попрощавшись, выхожу за дверь, чтобы не смущать их еще больше.
— Ну вот, я же вам говорила, нормальный мужик, — слышу за дверью голос Елены.
Очень надеюсь, у меня получилось произвести положительное впечатление.
— Подозрительно это все, — раздается недовольный голос. — Такие подачки от нового начальства ничем хорошим не кончатся.