Ну, конечно, кто бы сомневался, что эта заноза «оценит» мой порыв.
— Да ладно, Оль, расслабься, — отмахивается Алена. — Нормальный мужик.
Вот слушала бы лучше подруг. Нормальный я. Нор-маль-ный!
— Нет, все равно не нравится он мне.
— А я и не пятитысячная купюра, чтобы всем нравиться! — несдержанно фыркаю. Не могу не реагировать на ее колкости. Не получается. Бесит жутко. Одним своим существованием.
Из-за двери раздается женский смех. Ну вот, теперь со спокойной совестью можно и поработать. Еще раз бросаю взгляд на дверь и иду к выходу. Надеюсь, девочки не станут продолжать попойку в школе и скоро разойдутся.
Возвращаюсь в свой кабинет и достаю из шкафа большую стопку папок. За все это время я просмотрел кучу рабочей документации, но так и не смог добраться до личных дел сотрудников. Откладывать дальше некуда, придется заняться этим прямо сейчас.
Педагогический состав полностью укомплектован, что к началу учебного года не может не радовать. Кадровых перестановок тоже не намечается, я старался максимально сохранить все, что оставила после себя Серафима Васильевна. Пока, во всяком случае.
Беру лежавшую сверху папку, открываю первую страницу и читаю вслух:
— Крылова Ольга Михайловна, учитель высшей квалификационной категории. История.
Затем внимательно смотрю на фотографию. В жизни она немного другая, моложе как минимум. Эти жуткие очки ее портят. И волосы, стянутые в тугой пучок тоже.
Вот что ей не так? Чуть не сорвала мне совещание. Я прекрасно запомнил, как она комментировала каждую мою фразу, но не показывал этого внешне до тех пор, пока ее слова не услышали все остальные. Вот только причину ее негодования я так и не понимаю: то ли Крылова грезит занять место Серафимы Васильевны, то ли просто не хочет работать под руководством нового директора. В общем, странная она…
Откладываю папку с ее личным делом в сторону и беру следующую. Романовская Елена Борисовна, учитель высшей квалификационной категории. География.
Телефонный звонок заставляет отвлечься от работы.
— Да.
— Сань, ну че, ты с нами? — В динамике раздается голос товарища.
Твою мать. Сегодня я собирался сыграть в футбол с друзьями и благополучно об этом забыл.
— Не, Гош, сегодня я пас, — вздыхаю устало.
— Почему? Давно же планировали, — расстроенно тянет он. Да я и сам не в восторге. Но сил уже не осталось. Добраться бы до дома.
— Да работы много, сам же понимаешь, новая должность, — сочиняю на ходу. Хотя даже почти не вру.
— И как мы без тебя-то? Ты наш основной нападающий.
— Витек заменит, — хмыкаю, он давно метит на мое место. — В следующий раз обещаю быть в строю.
— Ну ладно, не пропадай только.
— Да куда я от вас денусь, — смеюсь.
Завершив разговор, возвращаюсь к изучению личных дел. Благо время позволяет и дома меня никто не ждет.
Глава 5 Ольга
Никита ушел гулять, а я готовлю ужин. Привычными движениями нарезаю овощи и отправляю на сковороду, чтобы слегка подрумянить. Рыба уже готова и ждет своего часа в духовке. Аркадий звонил полчаса назад, сказал, что едет домой и купил вина, чтобы отпраздновать какой-то только ему известный праздник. Не хочу, завтра на работу, но…
Отчего-то в памяти всплывает картинка, как мы в лаборантской отмечали с девочками начало учебного года. Пришел Леденев. Такой весь грозный, но в то же время осторожный. Его проникновенный взгляд скользнул по мне, и внутри все задрожало. Никогда такого не было. Он меня пугает и дезориентирует. Надо держаться от него подальше.
— М-м-м, как вкусно пахнет. — Вкрадчивый голос мужа заставляет вздрогнуть от неожиданности. Щеки предательски вспыхивают, а руки начинают дрожать. Он же не слышал? Глупости какие. Это моя паранойя. Аркадий же не умеет читать мысли. Хотя мне иногда кажется, что умеет.
— Прости, я не слышала, как ты вошел, — нервно веду плечами и оборачиваюсь к нему.
— Это тебе.
Передо мной появляется букет темно-красных роз. Аркадий прекрасно знает, что я люблю полевые или садовые цветы, но считает ниже своего достоинства покупать такую дешевку. А вот это колючее безобразие, что абсолютно не пахнет и наводит тоску, в самый раз. Зато все ровные, как на подбор. Думаю, если взять линейку и измерить, будет ровно шестьдесят сантиметров.