— Слушай, брат, а давно ты решил? — Паша стянул куртку и повесил на вешалку. — Про ремонт-то?
— Недавно, — коротко ответил Игорь, всё ещё не оборачиваясь.
— Ну ты даёшь! Мог бы предупредить хоть! — Паша похлопал его по плечу. — Аня, не стой столбом, раздевайся!
Я вздрогнула, очнувшись от оцепенения, и принялась стягивать куртку. Руки почему-то дрожали. Я не понимала, что со мной. Почему его присутствие так на меня действует? Почему от его взгляда стало так неуютно?
— Игорёчек, сынок! — из кухни вышла Екатерина Олеговна, вытирая руки полотенцем. Лицо её просветлело, когда она увидела старшего сына. — Ты приехал! Почему не предупредил? Я бы что-то особенное приготовила!
Она подошла и обняла его. Игорь неловко обнял мать в ответ, но его лицо оставалось непроницаемым.
— Ничего особенного не надо, мам. Я ненадолго.
— Какой ты у меня строгий, — Екатерина Олеговна отстранилась и с нежностью посмотрела на сына. — Ну ничего, поживёшь с нами, отдохнёшь от своей холостяцкой берлоги. Я тебе постель постелю в твоей комнате... — она вдруг осеклась и перевела взгляд на меня.
Повисла неловкая пауза.
— То есть... — продолжила она, и в голосе её появились напряжённые нотки. — Комната-то сейчас занята. Аня там живёт.
Игорь медленно обернулся и посмотрел на меня. В его взгляде мелькнуло что-то — раздражение? Презрение?
— Вижу, — сухо сказал он.
— Ну ничего, — поспешно вмешался Михаил Васильевич. — Игорь, ты на диване в гостиной устроишься, да? Там удобно, раскладывается.
— Я могу... — начала я, чувствуя, как краска заливает щёки. — Я могу переехать. Это ведь его комната...
— Куда ты переедешь? — резко бросил Игорь. — Не надо. Я на диване перебьюсь.
В его тоне было столько злости, словно я специально заняла его комнату, чтобы ему насолить.
— Ну вот и решили, — слишком бодро сказала Екатерина Олеговна, но улыбка её была натянутой. — Игорь, иди, помойся с дороги, а я сейчас ужин накрою. Будем все вместе ужинать!
Игорь кивнул и прошёл мимо меня в ванную. Я невольно отшатнулась, прижавшись к стене. Он даже не посмотрел в мою сторону, но я почувствовала, как от него исходит волна холода.
Когда дверь ванной закрылась, Паша озадаченно покачал головой:
— Что это с ним? Обычно он более... приветливый.
— Устал, наверное, — неуверенно сказал Михаил Васильевич. — Работы много. Ты же знаешь Игоря, он не любит показывать усталость.
Я прошла к себе в комнату и тихо прикрыла дверь. Села на кровать и обхватила руками колени. Внутри всё сжалось в тугой комок.
Почему он так себя ведёт? Я что-то не так сделала? Может, он действительно злится, что я заняла его комнату? Но ведь не я напросилась! Его родители сами предложили!
Я попыталась вспомнить нашу последнюю встречу два года назад. Тогда, летом, когда Нечаевы приезжали в деревню. Что-то было... странное. Игорь смотрел на меня как-то необычно. Я тогда подумала, что он просто удивился, что я выросла. А потом он резко уехал, оставив Пашу одного на всё лето.
Может, я ему тогда чем-то не понравилась? Может, сказала что-то не то?
Я так и не смогла ничего вспомнить.
Ужин обещал быть пыткой — я почувствовала это ещё по дороге на кухню. Напряжение в воздухе было почти осязаемым.
Екатерина Олеговна накрыла стол — жаркое, салат, свежий хлеб, компот. Всё как обычно, только атмосфера совсем не обычная.
Игорь сидел во главе стола, рядом с отцом. Он переоделся в домашнюю одежду — серую футболку и спортивные штаны, волосы ещё были влажными после душа. Выглядел он... опасно привлекательным. И от этого мне стало ещё более неловко.
Я села на своё обычное место, рядом с Пашей, напротив Игоря. Это оказалось ошибкой — теперь он был прямо в поле моего зрения.
— Ну, давайте ужинать, — объявила Екатерина Олеговна, разливая суп по тарелкам. — Игорь, сынок, расскажи, как дела? Как бизнес?
— Нормально, — коротко ответил он, не поднимая глаз от тарелки.
— Нормально — это не ответ, — мягко упрекнул его Михаил Васильевич. — Ты же знаешь, мать волнуется.
— Всё хорошо, мам, — Игорь чуть смягчился, взглянув на мать. — Заказов много, работаем. Скоро новый проект начнём.