Я подняла на него глаза, не веря услышанному. Квартира? Он предлагает мне квартиру?
— Я предлагаю тебе пожить там. Плата символическая — ровно столько, сколько выходит коммуналка. Мне главное, чтобы квартира не пустовала, чтобы там кто-то жил, следил за порядком. А ты будешь рядом работать, учиться — тебе же удобно будет.
Слова застряли где-то в горле. Я сидела, хлопая глазами, как загнанная птица, которой внезапно открыли клетку. Собственная квартира. Свобода. Никаких холодных взглядов Екатерины Олеговны, никаких колкостей Игоря, никакого страха столкнуться с ними на кухне или в коридоре.
— Я... я не знаю, что сказать, — прошептала я, и голос предательски дрогнул. — Это слишком... Я не могу принять такой подарок, это слишком много...
— Это не подарок, Анечка, это взаимовыгодное сотрудничество, — улыбнулся Андрей Сергеевич. — Мне нужен человек, который присмотрит за квартирой, а тебе, судя по всему, нужно жилье. Так почему бы не помочь друг другу?
Слезы подступили к глазам, и я судорожно сглотнула, пытаясь их сдержать. Как давно никто не проявлял ко мне такой бескорыстной доброты. Как давно я не чувствовала себя не обузой, а просто... человеком, которому протягивают руку помощи.
— Спасибо, — выдохнула я. — Спасибо вам... Я буду очень стараться, обещаю...
— Знаю, что будешь, — кивнул он. — Так вот, смена у нас сегодня до семи. После работы я отвезу тебя туда, покажу квартиру, а завтра утром довезу посуду, заберу кое-какие вещи, которые там остались, и передам тебе ключи. Договорились?
— Да, — я кивнула, и впервые за много дней почувствовала, как в груди что-то теплеет. — Да, договорились.
Остаток дня прошел как в тумане. Я механически раскладывала книги, пробивала чеки, улыбалась покупателям, но мысли были совсем о другом. Я мысленно уже собирала вещи из комнаты в квартире Нечаевых, представляла, как выйду оттуда навсегда, как больше не буду натыкаться на ледяной взгляд Екатерины Олеговны, как не буду вздрагивать каждый раз, когда открывается входная дверь и появляется Игорь.
Игорь... Я не хотела о нем думать, но он словно засел занозой где-то глубоко под кожей. Его колкие слова, его презрительные взгляды, его постоянные обвинения. Почему он так меня ненавидит? Что я ему сделала? Я ведь старалась быть незаметной, не мешать, не попадаться на глаза...
Когда часы показали семь, Андрей Сергеевич вышел из кабинета, держа в руках ключи.
— Ну что, Анечка, пошли? Покажу тебе твое новое жилище.
Мы вышли на улицу. Вечер был прохладный, пахло осенью и дождем. Проехали пару остановок на автобусе и вышли на неприметной, серой улочке. Андрей Сергеевич шел неторопливо, рассказывая о своей дочери, о том, как она росла, училась, мечтала о карьере художника. Я слушала вполуха, кивала, улыбалась, но всё моё внимание было приковано к старому пятиэтажному дому, к которому мы приближались.
— Вот здесь, — Андрей Сергеевич остановился у подъезда. — Третий этаж, квартира двенадцать.
Мы поднялись по скрипучим ступенькам. На площадке пахло свежим хлебом и кофе — видимо, соседи ужинали. Андрей Сергеевич открыл дверь, и я шагнула внутрь.
Квартира была маленькая, но очень уютная. Светлые стены, деревянный пол, небольшая кухня, совмещенная с комнатой, и крошечная ванная. На окнах висели выцветшие ситцевые шторы, на стенах — несколько репродукций картин. Пахло немного затхло, но это было неважно — это было моё. Моё убежище. Моя свобода.
— Мебель вся Машина, она просила не трогать, — объяснял Андрей Сергеевич, открывая окно для проветривания. — Постельное белье в шкафу, посуды немного, но завтра я довезу еще. Ключи я тебе завтра утром передам, когда привезу всё остальное. Сейчас уже поздно, не хочу тебя задерживать.
Я стояла посреди комнаты, обнимая себя руками, и не могла оторвать взгляд от окна, за которым горели огни города. Здесь я буду жить. Здесь я буду вставать по утрам, варить себе кофе, учить лекции, засыпать без страха, что кто-то ворвется и начнет кричать.
— Спасибо, — снова прошептала я, оборачиваясь к Андрею Сергеевичу. — Спасибо вам за всё.
— Не за что, доченька, — он тепло улыбнулся и похлопал меня по плечу. — Ты заслуживаешь спокойствия. Ладно, пойдем, закроем пока. Завтра с утра всё и оформим.