Выбрать главу

— Да брось ты, — Михаил Васильевич смущённо отмахнулся. — Это нормально — помогать друг другу. Мы же люди, в конце концов.

После обеда я помогла Екатерине Олеговне убрать со стола и помыть посуду. Она показала мне, где что лежит на кухне, объяснила, как работает посудомоечная машина (я никогда такую не видела), где стоит чай и кофе.

— Если проголодаешься, не стесняйся, — сказала она, вытирая руки полотенцем. — В холодильнике всегда есть что поесть. А если чего-то хочется особенного — скажи, я приготовлю.

— Спасибо, Екатерина Олеговна, — я снова поблагодарила, чувствуя себя неловко от такой заботы.

— Да не «Екатерина Олеговна», — она слегка нахмурилась. — Называй меня просто тётя Катя, как раньше.

— Хорошо... тётя Катя, — неуверенно повторила я.

Она кивнула и вышла из кухни. А я осталась, глядя в окно на двор, где играли дети, гуляли мамы с колясками, сидели на лавочках бабушки.

Вечером я распаковала последние вещи, застелила кровать своим пледом из дома (он пах маминым порошком и домом), поставила на подоконник небольшой кактус, который мне подарил Паша («чтобы не скучно было»).

Я легла в свою новую кровать, в своей новой комнате, в чужом городе — и не могла заснуть. В голове крутились мысли: как пройдёт завтра? Справлюсь ли я с учёбой? Найду ли друзей? А вдруг я не впишусь?

Но постепенно усталость взяла своё. Я закрыла глаза и провалилась в сон, где мне снились родные поля, запах свежескошенной травы и мамины руки, гладящие меня по голове.

Всё будет хорошо, шептал мне сон. Всё будет хорошо.

Если бы я только знала, как же я ошибалась.

Глава 3. Университет и новая жизнь

Я проснулась от того, что кто-то настойчиво барабанил в дверь моей комнаты.

— Анька, подъём! Опоздаем! — голос Паши звучал слишком бодро для... я посмотрела на телефон... для семи утра.

Я застонала и натянула одеяло на голову.

— Анька, я серьёзно! Нам к девяти быть в универе!

Пришлось вылезать из тёплой постели. Я быстро прошмыгнула в ванную, затем оделась в джинсы и простую белую футболку, кое-как причесалась, собрав волосы в хвост, и выбежала в коридор, где меня уже поджидал Паша с двумя бутербродами в руках.

— На, ешь в дороге, — он сунул мне один бутерброд. — Мама встала рано, нас покормить решила.

Я благодарно откусила. Екатерина Олеговна делала потрясающие бутерброды — с сыром, помидорами, зеленью и каким-то особенным соусом.

Мы вылетели из квартиры, пробежали по лестнице (лифт ждать было некогда) и выскочили на улицу. Утро было свежим, прохладным. Город только просыпался — кто-то спешил на работу, кто-то выгуливал собак, открывались магазины и кафе.

— Нам на автобус, — Паша потащил меня к остановке. — Или опоздаем на оформление.

Мы успели впрыгнуть в автобус в последний момент. Я прижалась к окну, рассматривая проплывающий мимо город. Всё было таким новым, незнакомым, интересным! Высокие дома, рекламные щиты, магазины с яркими вывесками, переполненные улицы.

— Волнуешься? — спросил Паша, заметив, как я тереблю ремень сумки.

— Немного, — призналась я. — А вдруг я не справлюсь? Программирование — это же сложно...

— Справишься, — уверенно сказал он. — Ты же умная. Да и я рядом, если что — помогу.

Я благодарно улыбнулась ему. Хорошо, что Паша был со мной. Одной было бы гораздо страшнее.

Университет оказался огромным комплексом из нескольких корпусов. Я стояла перед главным входом с открытым ртом, задрав голову.

— Охренеть можно, да? — усмехнулся Паша. — Я в первый раз тоже офигел. Ладно, пошли, нам в деканат.

Следующие несколько часов прошли в суматохе. Документы, подписи, печати, студенческие билеты, пропуски, расписание. Голова шла кругом от количества информации. Я старательно записывала всё в блокнот, боясь что-то забыть.

— Так, — Паша изучал моё расписание. — У тебя первая пара завтра в девять, у меня тоже. Можем вместе ехать. А вот вторая у тебя до четырёх, а у меня до трёх... Ну ничего, подожду тебя, вместе домой поедем.

— Паш, не надо, — запротестовала я. — Ты что, каждый день будешь меня ждать? У тебя же свои дела...

— Какие дела? — он отмахнулся. — Первые пару недель всё равно ничего серьёзного не будет. А потом посмотрим. Да и мама велела за тобой присматривать, — он подмигнул.