– Извращенец! – толкает меня в грудь, я запинаюсь, падаю и машинально хватаюсь за Лаву, чтобы удержаться на ногах, но она не выдерживает напора, и мы падаем вместе. На лету успеваю приобнять её, чтобы не ушиблась, а сам бьюсь со всей дури копчиком.
Лава сверху на мне, я вижу в её глазах страх, молниеносно переходящий во что-то другое. Её зрачки расширяются, наши лица так близко, как никогда! Чувствую, как младшенький подаёт быстрые сигналы! Руки сами тянутся с талии к попе и крепко сжимают её полушарии. Вжимаюсь как можно сильнее, истома по телу, сердце всмятку! Её глаза расширяются, но не успевает отреагировать.
Паха сдёргивает Лаву с меня и накидывается как последняя сука на лежачего! Первый удар в челюсть я пропускаю. Резко бью аккурат в нос, переваливаю его на спину и ебашу кулаками! Пидар! Злость кипит! На глазах пелена!
Меня стаскивают с него, но меня кроет!
– Сука! ... Отпусти! ....Блядь! ...Петушара!....На лежачего! – адреналин хуярит со всех щелей.
– Разошлись! – кричит издалека физрук.
– Пидорас! – слышу в ответ. – Только дотронься до неё!....
Народ подтягивался! Все забыли про задание и ждали продолжения.
– И чë ты мне сделаешь? – бычусь. – Чë, сука! Тоже поспоришь, как на Лаву? Уебан, блядь! – сплёвываю кровь.
Паху тоже держат, чтоб не брыкался.
– Заткнись, блядь! – кричит в истерике.
Кидается в мою сторону, его перехватывают.
– Давай, петушара! Хули ты! Языком только пиздеть можешь? А?
Меня потряхивало от злости! Слова вылетали сами! Я не успевал их фильтровать! Пытался вырваться и добить уебана!
– Уведите его отсюда! – командует физрук, только что подбежавший с другого конца поля. – Этого к медичке! – показывает на уëбка.
Ловлю заплаканный взгляд Лавы и понимаю, что облажался. Вся спесь слетает в один миг! Уже похуй на этого петуха! Похуй, что может въебать, если вырвется! Не смотрю на него, фокусируюсь на ней! Она сейчас пострадала больше всех! Сердце схватывает тисками! Боль душевная! Не за себя, за неё! Слышу шепотки в толпе!
– Паша поспорил на Лаву?!
– Копец!
– Вот это поворот!
Губами шепчу "Прости! " Она в оцепенении! До сих пор не может поверить! Переводит взгляд на Паху.
– Лава! Я не хотел! – оправдывается. – Лава! Всё не так! Лава! – кричит, чтобы она услышала.
Но, Лава пятится назад, разворачивается и убегает!
7 глава
Лавиния Старкова
Что может быть больнее предательства близкого человека? Для меня, наверное, уже ничего!
Заливаясь слезами, я убегала со стадиона! Слышала, как кричит Паша, как зовёт Кира! Боль, сжимающая все внутренности, не давала мне остановиться. Мне так противно! Противно от Паши! От его поступка! Стыдно, что всю эту грязь вынесли на всеобщее обсуждение! И вынес это Ник! Тот человек, который был мне как брат!
Боль, обида и стыд только нарастали! Меня душили слëзы! Я почти задыхалась! Я хватала воздух ртом и не могла надышаться! Брела неизвестно куда! Ноги сами меня вели! Мне хотелось убежать, раствориться в этом мире. Чтобы больше никто меня не нашëл! Чтобы все забыли о моём существовании!
Очнулась я, стоя перед хореографической школой. Ещё год назад я каждый день приходила сюда. Здесь я была счастлива! Здесь я отдавалась любимому занятию! Здесь я записывала рилсы! Эта школа была моим вторым домом!
Сейчас, всё, что осталось от того времени, только воспоминания и ощущение тепла внутри.
– Ой! Лавиния! – вдруг услышала за спиной, тёплый, давно забытый женский голос. – Привет, моя девочка! – обняла меня как родную.
– Здравствуйте, Лия Матвеевна! – поприветствовала её сиплым голосом и обняла в ответ.
– А что с тобой? Заболела? – взяла моё лицо в ладошки.
– Нет! – потупила взгляд. Пряча заплаканные глаза.
– Ну как нет, вон глаза и нос краснючие какие! – в её глазах промелькнуло осознание. – А знаешь, что! – взяла меня под руку и повела к входной двери. – Пойдём-ка мы с тобой в наш зал. Там ремонт сделали, посмотришь какая красота.
– Нет, спасибо за приглашение, я лучше пойду. – мне хотелось уединиться, на разговоры сил не было совсем.
– Ну, нет уж, дорогая! – не терпела она возражений. – Когда я тебя ещё встречу. Идём, тебе понравится!