1
— Ради бога, извините! — миловидная девушка в ужасе подпрыгнула, а я лишь неловко улыбнулась.
— Ну подумаешь. Девушка, это же всего лишь сок. Если бы это был кофе, то я, наверное, немного поругалась, а так…
Я никогда и ни на кого не поднимала голос. Мне это не нравилось и ссоры я не любила. Костя все время говорит, что именно поэтому детей у нас и нет. Невозможно быть мягким и растить послушных малышей. Конечно, он говорит это в шутку, но душу после неудачной беременности эта мысль подтачивает как паразит.
— Извините еще раз, — девушка протягивает салфетки и я, благодарно кивая, продолжаю путь. Хорошо, что офис мужа в двух шагах, да и машину я недалеко припарковала. Зайду в туалет и отмою несчастное пятно на пальто.
В офисе меня не очень хорошо знают, поскольку в отличие от типичных жен важных шишек, я предпочитаю мужу на работе не мешать. Меня устраивает моя жизнь, хотя первое время было совсем не просто. Я мучилась, разрывалась между ролью любовницы, жены, друга, хорошего специалиста, сестры, дочери, соседки…
До замужества моя жизнь была похожа на игру в лотерею: меня трясло, уносило в разные стороны, я делала правильные и не правильные решения. Однако смотря на Костю, я научилась быть степенной, грациозной, размеренной и даже усмирила свою нелюбовь к готовке, уборке и прочим бытовым мелочам. Смешно. А ведь еще пять лет назад я думала, что никогда не буду заниматься чем-то подобным.
И вот как вышло.
В лифте я столкнулась с Феликсом Николаевичем — красивым мужчиной тридцати пяти лет. Он был шатеном с темными черными глазами и в его внешности прослеживались южные нотки. Он даже пах тем-то южным — терпким, но сладким. Его любовью были рубашки черного цвета с закатанными рукавами и идеально отглаженные брюки бананы из плотной ткани.
Уж не знаю, кто их ему гладит, но бедняге я не завидую. Гладить я ненавидела, а здесь идеальные стрелки, завышенная талия с легкой сборкой. Просто мрак для его женщины. Ткань не обтягивала, но и не была похожа на висящий мешок. Это было то, что я обожала в мужчинах. С этим была даже связана одна очень забавная история, которую я старательно пыталась забыть, но не получалось.
В любом случае, для фигуры Феликса подходили любые вещи: он был из тех мужчин, которые могли поиграть мускулами, похвастаться стройными в меру накачанными ногами и тонкой талией.
— Марго, рад тебя видеть, — широко улыбнулся генеральный директор, друг моего мужа и по совместительству его начальник.
— Взаимно. Как у тебя дела? — мне все еще было неловко общаться на «ты», но частые визиты Феликса к нам домой, а также совместные выезды с его семьей на природу все-таки обязывали.
— Все хорошо. Ты к Косте?
— Да.
— Могла бы приходить к нам почаще, радовать своей улыбкой. А то твой муж совсем хмурый в последнее время.
— Он ничего не рассказывает. Закроется в кабинете, пьет кофе и работает, — рассмеялась я, скрывая свою горечь. Вроде бы ничего не изменилось, но в последнее время я жутко хотела ласки и меня это пугало. Раньше я спокойно переживала долгие командировки мужа, но теперь что-то изменилось. Я хотела его сильнее и сильнее.
— У нас сделка с Казанью, вот и паримся. Не переживай.
Мужчина вновь окинул меня свои тяжелым взглядом, а я мысленно порадовалась, что сняла пальто, избежав рассказов об истории красного пятна на белой шерсти.
— Ладно, я побежал.
Мы тепло попрощались, и я в очередной раз убедилась, что он хороший человек. За шесть лет дружбы он всегда поддерживал моего мужа, ни разу ни в чем его не упрекнул и действительно показал, что мужская дружба существует.
Более того, когда мы собирались семьями, я не раз замечала, как трепетно он относится к младшей сестре, родителям. Минус заключался только в том, что в свои тридцать шесть он так и не познал семейного счастья. Точнее, как он рассказывал, в восемнадцать лет он женился и буквально через год развелся, ведь возлюбленная его оказалась той еще стервой. Возможно поэтому милых пассий в его окружении было не сосчитать.
Мысленно пожелав ему счастья, я двинулась к кабинету мужа, увидев, что секретаря Светланы нет на рабочем месте.
«Наверняка чаи гоняет» — беззлобно подумала я, распахивая дверь.
В момент, когда я увидела два тела, спасибо, что не стонущих на всю Ивановскую, меня внутренне тряхнуло. Костя вколачивался с Светочку, а она, царапая белоснежный стол, тихонько постанывала, сжимая в зубах что-то черное кружевное.
Секретарь Кости была стройной блондинкой с упругой крупной попкой и маленькой грудью. Еще при первой нашей встрече три года назад я не без ревности рассмотрела внешность схожую по типажу с Мерлин Монро. Даже эта чертова родинка над губой меня бесила.