Конечно, только со временем я понял, что это только мне она казалась Еленой Прекрасной. В глазах других у нее была типичная русская внешность, а мне казалось, что она прямиком из сказки вышла. Крышу мне сорвало, когда я ее увидел без косметики, ничуть не разочаровавшись в Марго. В тот же день Сабитов, то есть Костя, сказал, что встречается с ней.
Кажется, в этот момент я понял, что такое удар ниже пояса. Борьба за дружбу и любовь разлагала меня, но приоритет был очевиден.
Марго. Рита. Маргарита…
Одно только имя ее вызывало у меня восторг. А потом, узнав, что она обладательница прекрасного голоса, изящных манер и вкуса, золотых рук и огромного сердца я решил, что признаюсь другу и ей в своих чувствах. Будь, что будет.
Но нет. Не вышло.
Мы сидели в дешевом кафе «Веранда», когда Марго посмотрела влюбленными глазами на Костю и сказала, что беременна. Вот тебе и признание. Они тихо сыграли свадьбу, а улыбался и делал вид, что раз за них.
Да ни хрена.
Меня злило то, что Сабитов не может дать ей то, чего она заслуживает. Ни тебе роскошного платья, ни бриллиантов, ни красивого букета и фотографа. Все тихо, мирно, в кругу семьи. Я видел, что Марго слегка опечалена развитием событий. Наверняка ей хотелось похвастаться подружкам красивыми подарками или хотя бы кольцом. Но ничего этого не было.
Костя даже не обратил внимание и не отблагодарил ее за скромность спустя время, когда мы оба располагали немалыми средствами. А она стерпела.
Осознание, что такая женщина будет терпеть подобное отношение в одном единственном случае, меня раздавило.
Она его любила. Всем сердцем и душой и только поэтому простила его невнимательность, легкомысленность по отношению к ней.
С тех самых пор как Костя положил глаз на Марго, он перестал мне быть другом. Нет, подножки я ему не делал, нож в спину не втыкал, но откуда взяться искренности и честности, если я волком вою, смотря на его жену?
Вот так продолжалось пять лет. Черт. Пять лет! Пять лет я рассматривал ее издалека, наблюдая за тем как она цветет и за тем как увядает.
Мне постоянно приходилось подпихивать друга под бок и намекать: «Сделай подарок Марго, у Вас годовщина. Нет, цветы — это не подарок. Это приложение. Купи колье. Нет, не с розовыми камнями, лучше с зелеными — они и изящно оттеняют цвет ее глаз.»
И так по кругу.
— С тех пор как Марго застала меня прошел месяц. Месяц, черт возьми! Она ни слова не сказала.
— Что, прости? — услышав любимое имя, я вынырнул из мыслей. В последнее время мне стало совсем не интересно его слушать.
Костя так и не научился делегировать обязанности. Он все тянул на себе, никому не доверял важную работу.
— Фил, я тебе уже полчаса рассказываю. Месяц назад я изменил Марго. Здесь. Ну… Она зашла, увидела меня со Светой. Самое стремное, что уже месяц делает вид, что ничего не произошло. Это вроде хорошо, но она не позволяет себя ни обнять, ни поцеловать… Мы как два знакомых живем.
— Что ты сделал? — в этот момент в голове моей не сходились пазлы.
Месяц.
Твою мать!
— Не вынуждай меня опять это повторять. Самому стыдно. Я не понимаю, как так получилось. Света просто вошла, я задумался…
— Стой… Какая Света? Эта Света? — я ткнул пальцем в стенку, за которой сидела секретарша.
— Ну да, — неловко промямлил Костя.
Это получается, когда я месяц назад видел Марго. Это она к нему шла и увидела как Сабитов…
Быстро поднявшись с места, я распахнул дверь. Света сидела тише воды и что-то печала своими куриным лапками в компьютере.
— Света?
— Да, Феликс Николаевич? — девушка тут же приосанилась, выпятила отсутствующую грудку. Даже губы у нее автоматически выпятились как для селфи.
— Вы уволены. Прощайте.
Дверь я немедленно закрыл. Видит бог, не будь она мужского пола, выкинул ее из окна.
— Феликс, ты чего? — Костя подорвался, не ожидая от меня таких действий.
— Я делаю то, что ты должен был сделать сразу после всего, что случилось.
— Ты не много себе позволяешь? Это мой секретарь и моя личная жизнь.
— Это моя компания и мои решения не обсуждаются, Сабитов. Скажу прямо и без стеснений…
— Фил…
Попытка прервать меня еще больше взбесила.
— Ты урод! Ты ублюдок и урод и не будь ты моим коммерческим директором, я бы вышвырнул тебя на улицу.